Скорби Сатаны

Другие игроки хотя тоже проигрывали, но лучше переносили свои неудачи, а может быть, более умело скрывали свои чувства. Во всяком случае, я поймал себя на том, что очень искренне желал бы, чтобы мое дьявольское везение прекратилось и перешло к молодому виконту. Но это желание не исполнялось: я снова и снова собирал ставки, пока наконец не поднялись из-за стола все игроки, в том числе и виконт Линтон.

– Все проиграл! – сказал он с громким принужденным смехом. – Вы должны завтра дать мне возможность отыграться, мистер Темпест!

– С удовольствием, – поклонился я.

Он подозвал официанта и велел ему принести бренди с содовой, а меня тем временем окружили остальные игроки. Все они повторяли предложение виконта о завтрашнем реванше и убеждали меня в необходимости вернуться в клуб, чтобы дать им возможность отыграть потерянное. Я охотно согласился. Когда мы разговаривали, Лусио вдруг обратился к юному Линтону.

– Не хотите сыграть со мной? – предложил он.

И князь положил на стол две хрустящие пятисотфунтовые банкноты.

Повисла пауза. Виконт жадно пил бренди с содовой и столь же жадно поглядывал поверх стакана на банкноты. Глаза его были налиты кровью. Однако затем он равнодушно пожал плечами.

– Мне нечего поставить, – сказал он – Как я уже имел честь сообщить, я проиграл все. Разорен в лоск, как говорят игроки. Не смогу составить вам компанию.

– Садитесь, садитесь, Линтон! – обратился к нему один из стоявших рядом с ним.

– Спасибо, но я предпочту отказаться! – ответил виконт, немного покраснев. – Я и так слишком много вам должен. Разумеется, это очень любезно с вашей стороны. Ступайте, господа, а я посмотрю спектакль.

– Позвольте мне повторить свое предложение, виконт Линтон, – сказал Лусио с ослепительной и непостижимой улыбкой. – Сыграйте просто ради забавы! Если вы не чувствуете себя вправе ставить деньги, поставьте какой-нибудь пустяк – только для того, чтобы узнать, не вернется ли удача.

Эти слова были встречены взрывом смеха. Лусио негромко рассмеялся вместе со всеми.

– Надеюсь, современная наука научила всех нас тому, что такой вещи, как душа, не существует в природе, – продолжил он.