Скованные

Макс, усмехаясь моему сопению, зашел вместе со мной на кухню.

— Тебе потребовалось много дней, — ввернула ворчливо.

— Это лишние детали, их "съест" художественная обработка. Название разрешаю выбрать тебе.

Мою голую попу посадили на холодную столешницу. Макс взял с полки темную коробку, зарылся в ней.

— Никто твою легенду читать не станет.

— Ошибаешься, — Малин достал такой же пластырь, какой был на его шее.

Он в два счета обработал ранки и бережно прилепил пластырь.

— Ты — благородный рыцарь?

— Конечно, — невозмутимо заявил Макс.

— Ладно, — пожала плечами, — но я точно не принцесса.

Макс оперся руками по обе стороны от меня.

— Ну, смотри: место рыцаря уже занято, остается принцесса и злобная сука.

Глядя на его широкую улыбку хочется смеяться. Ворчать и возмущаться хочется не меньше. Получается, я за двоих. В нашей легенде все роли заняты.