– Господь свидетель, это правда. – Мне нравится знать, что я могу открыть мои собственные.
– А что вам известно о запертых дверях, Фелисити Фэрклот?
– Я бы хотела, чтобы вы перестали это делать, – сказала она. – Относиться ко мне так, будто я никогда в жизни ничего не хотела. Как будто все всегда принадлежало мне, подходи и бери.
– А разве нет?
– Мне не принадлежало ничего по-настоящему важного. Ни любви. Ни… дружбы. Только семья.
– Вам лучше жить без тех друзей.
– Предлагаете стать моим новым другом?
«Да».
– Нет.
Она негромко засмеялась, протянула руку и сняла с двери один из отпертых висячих замков. Дьявол продолжал свое дело. Краем глаза он видел, как она все крутит и крутит замок в руках."
"– Я вскрываю замки, потому что могу. Потому что в мире слишком мало вещей, находящихся в моей власти, а замки – это что, что у меня получается хорошо. Это преграда, которую я могу преодолеть. Тайна, которая мне известна. В конце концов они подчиняются моей воле, и… – Она пожала плечами. – Мне это нравится.
Он мог представить, как подчиняется ее воле. Не должен этого представлять, но тем не менее.
Дьявол распахнул первую тяжелую дверь, и перед ними предстала вторая. Воздух здесь был застоявшийся. Он начал отпирать второй ряд замков.
– Это не то умение, которого ожидаешь от женщины.
– Это как раз то самое умение, которым мы должны обладать. Весь наш мир создан мужчинами. А мы здесь просто в качестве украшения, и нас все время задвигают в самый конец ряда, состоящего из хоть сколько-то важных вещей.
Что ж, я устала сидеть в конце. Замки – это только начало. Точка отправления.
Дьявол повернулся и посмотрел на нее, охваченный желанием подарить ей бесконечные точки отправления.
Фелисити продолжала говорить, словно загипнотизированная ключами, которыми он продолжал отпирать замки.
– Дело в том, что я понимаю, каково это – желать оказаться по ту сторону двери. Понимаю, каково это – знать, что та комната мне не принадлежит. Столько дверей заперты почти для всех, кроме незначительного числа людей.
– Он отпер последний замок, и она негромко договорила: – Почему кто-то другой должен решать, какие двери подходят для меня?
Этот вопрос, такой искренний, такой прямой, вызвал в нем желание до конца времен отпирать любую дверь, к которой она подойдет.
Но пока Дьявол ограничился той, перед которой они стояли. Он толкнул ее, и они оказались в хранилище льда. Их встретила стена холода, за которой притаилась темнота.
