Скрытые намерения

 – И с какой же целью он связался с вами?

– Он хотел, чтобы я помог ему составить опросники для его исследования.

– Я кое-что посоветовал ему, чисто из соображений профессиональной этики. Мы несколько раз встречались. Но потом он перестал звонить. А до этого звонил мне каждую пару недель. И вдруг… как отрезало.

– Когда вы в последний раз с ним разговаривали?

– Точно не скажу. Наверное, где-то летом. Может, чуть позднее.

Карвер неловко поерзал на диване. Неужели пациенты этого профессора платили за то, чтобы сидеть здесь? Это один из самых неудобных диванов, на которых он когда-либо сидел! Будут ли они с Эбби когда-нибудь обмениваться шуточками по этому поводу? «Помнишь, как мы с тобой ходили на терапию для семейных пар – всего через пару месяцев после того, как начали встречаться? Ха-ха-ха!»

– Он не говорил, насколько ему удалось продвинуться в этом исследовании?

– Теодор был настроен просто-таки восторженно.

Похоже, ему удалось найти очень большое интернет-сообщество, которое соответствовало его теории. Он заводил там друзей, проводил интервью…

– А он не сказал вам, что это было за сообщество?

– Нет. Да я и не спрашивал. У меня сложилось впечатление, что он не хотел разглашать какую-либо информацию.

– Он когда-нибудь упоминал при вас имя Нил Уайятт?

– Нет, насколько я помню.

– А как насчет прозвища Гусеница?

Лэндсмен нахмурился.

– Определенно нет. Я бы такое запомнил.

– Он не казался встревоженным или испуганным, когда вы с ним общались?

– Нет, настроение у него было в основном приподнятое.

Карвер побарабанил пальцами по подлокотнику дивана.

– Вы сказали, что с той кандидатской программой он взялся не за свое дело. Что вы этим хотели сказать?

– Вообще-то я предпочел бы не вдаваться в такие подробности. Мне это как-то не с руки. Лучше у него самого спросите.

– Профессор Лэндсмен, по-моему, ваше стремление вступиться за своего коллегу достойно восхищения, но мы здесь не потому, что Куинна оштрафовали за превышение скорости. У нас есть все основания полагать, что он общался с кое-какими очень неуравновешенными людьми, и мы подозреваем, что это могло выйти ему боком.

Так что я был бы вам крайне признателен, если б вы, ради Куинна, рассказали нам все от и до. Почему он так и не получил кандидатскую степень?

Лэндсмен вроде задумался над этими словами. Отвел взгляд, уставившись на картину на стене.

– В ходе работы над диссертацией Куинн проводил один эксперимент, который должен был наглядно подтвердить его теорию.