Скрытые намерения

– Задача номер один сейчас определенно в том, чтобы вытащить оттуда Карлоса Рамиреса, – сказал Уилл.

– Да. – Эбби вновь надела очки. – Ты заметил, как он говорил про заложницу, перевязывающую Карлоса? Сначала он сказал «одна из них», а потом «у нее», говоря о ней абстрактно.

– Но Тельма была упомянута ранее в разговоре по имени. Это кто-то другой. И мне кажется, я слышал кого-то на заднем плане. Погоди-ка…

Он повозился с панелью записи. В ходе разговора с Гусеницей Эбби ничего не слышала на заднем плане.

Главный переговорщик должен сосредоточиться на диалоге, внимательно прислушиваясь к объекту и сфокусировавшись на том, чтобы как можно более эффективно влиять на него, грамотно направляя разговор. А значит, все остальное – фоновые шумы, мелкие особенности речи, перемены тона – частенько оказывалось за кадром. Это была задача второго переговорщика – обращать внимание на детали.

– Вот тут. – Уилл ткнул в кнопку воспроизведения.

Эбби услышала свой голос: «Чем я могу помочь в вашей ситуации?» Гусеница ответил, упомянув про «Твиттер».

И на заднем плане… и впрямь какие-то неясные звуки. Она нахмурилась. Уилл перемотал запись назад, затем отрегулировал звук так, чтобы голоса Эбби и Гусеницы звучали тише, а фоновые шумы усилились. Вновь нажал на кнопку воспроизведения. И вот оно. Резкий всхлип, кто-то произносит: «О господи!» Высокий женский голос. И Эбби была почти уверена, что это юная девушка.

– Кто-то из учеников? – предположила она.

– Похоже на то, верно? Совсем молоденькая девчонка.

Эбби бросила взгляд на список недостающих детей на доске, хотя уже знала их имена наизусть.

– Так что, вероятно, это либо Лисбет, либо Руби.

– Это могла быть та, что перевязывала Карлоса. Можно расспросить родителей, выяснить, умеет ли кто-нибудь из них оказывать первую помощь. – Уилл перемотал запись на несколько секунд назад. – И есть еще кое-что. Прислушайся-ка к его тону.

Эбби услышала, как Гусеница произносит: «Я не поэтому позвонил.

Я хочу, чтобы вы кое-что для меня сделали». Уилл остановил запись и посмотрел на нее.

– Он понизил голос, – сказала Эбби.

– Вот именно. Он не хотел, чтобы его слышали. Я думаю, что его сообщники не согласны с его требованиями. Он говорит из кабинета директора, верно? И мы думаем, что по крайней мере один из них смотрит трансляцию с камер наблюдения в кабинете секретаря. Этот Гусеница понизил голос, чтобы они не могли его услышать.

– Наверное, ты прав.