Онлайн-библиотека книг
Слушай, ничего не было, я клянусь…
– Проблема ведь не в этом? Ты должен выставить ее оттуда – немедленно.
– Она уже ушла. Я заезжал домой, а там уже никого.
– Но в участок-то она придет? Собиралась давать показания…
– Не знаю.
– Как это ты не знаешь? У тебя есть ее номер? Позвони.
Куинн вздыхает:
– Звонил – абонент недоступен.
– Охренеть! Просто класс! – злится Гислингхэм. – Теперь мы не знаем, где она, и не можем с ней связаться, а ничего, кроме нее, у нас против Гардинера нет.
Куинн делает глубокий вздох.
– Еще кое-что. Я заглянул в ее телефон, просмотрел сообщения и все такое. Всего на минутку, пока она была в душе…
– Черт, приятель, ну и яму ты себе вырыл… Тебя же могут на хрен уволить из-за этого.
– Я и сам знаю, ясно? – рявкает Гарет. – Он просто… лежал на столе… и теперь…
– И что теперь? – нарушает тишину Гис.
– Теперь я уверен, что Гардинер лжет. Пиппа отправляла ему сообщения как минимум за неделю до пропажи Ханны.
– Ну и что с того? Она же сидела с его ребенком – наверное, должна была сообщать ему что-то…
– Нет, там сообщения другого рода, Гис.
«Да как тебе верить, если ты втянул нас в такое?» – думает Гислингхэм.
– И что теперь делать? Ордер на проверку ее телефона не дадут, даже если найдем правильный номер. Утверждать, что она подозреваемая, мы не можем – если Пиппа и трахалась с Гардинером, у нее имеется железное алиби на утро, в которое пропала Ханна. И выдавать истинную причину нашего интереса к няньке тоже нельзя, иначе ты будешь в полном дерьме.
– Ладно, так ты мне поможешь или нет?
– Как будто у меня есть выбор, – с громким вздохом отвечает Гислингхэм.
* * *В начале шестого я вместе с Бакстером сижу у техников, которые занимаются распознаванием голоса. Перед нами ряды компьютерных экранов. И я понятия не имею, как это все работает. Парнишке-аналитику на вид лет пятнадцать.
– Так, – говорит он, – аудио загружено. Давайте послушаем.
24/06/2015 06.50.34
Это я. Мне уже скоро выходить, ты где? Перезвони, ладно?
Слышится приглушенный шум, что-то щелкает, потом звонок завершается.
– Проблема в том, что сообщение очень короткое, – говорит мне аналитик, откинувшись на спинку стула. – Всего четырнадцать слов, и звук довольно искаженный.
