Скверная жена

Меня-то выставили с уроков по магии, но ты должна знать, что их называют темными только за способ использования дара. Когда маг пропускает сквозь себя поток энергии, он должен применить закрепитель. Иначе заклинание не сплести: формула просто не сработает. Хейдоринцы используют кровь, в то время как светлые – артефакты.

Кара разом поскучнела – магическая наука давалась ей с трудом. Пока она освоила лишь простейшие заклинания, не требующие многоступенчатых формул. Тина, в отличие от нее, на уроках не витала в облаках и потому добавила:

– Хвостов нет, зато темные обладают отвратительными характерами.

Они жестокие и злопамятные. Наверное, магия накладывает отпечаток на личность. Поговаривают, что тридцать лет назад хейдоринец, сочетавшийся священным браком со светлой принцессой, запер ее в башне. Представляешь? На все пятнадцать лет, что она протянула в столице темных.

Мы замолчали, а у меня по коже пробежал мороз. Подобные страшные истории обычно обсуждали на кухне, где я частенько торчала.

Однако мне казалось, что в них немало выдумки.

– Ладно, хватит болтать! – Я растянула губы в уверенной улыбке. – Николь сильная, вот увидите, она всех темных научит ходить по струнке!

Близняшки рассмеялись, кажется поверив моим словам. Они тут же переключились на обсуждение нарядов, которые собирались надеть на бал, а я все еще не могла избавиться от дурных мыслей. А если все, что болтают о темных, правда?

– Марта, ты уже решила, что наденешь? – вдруг нахмурилась Кара. Она знала, что в моем гардеробе не водилось по-настоящему роскошных нарядов.

Мачеха, заведовавшая швеями, позаботилась об этом.

– Не беспокойся, – отмахнулась я. – Меня вполне устраивают мои платья. Ближе к вечеру я сама сделаю прическу.

Вообще-то у меня была горничная Джин, но она шпионила для мачехи, потому я старалась как можно реже пользоваться ее услугами. Кара открыла рот, чтобы что-то добавить, как вдруг раздался звучный удар колокола. Следом еще один, а после полилась стройная мелодия, извещающая о прибытии гостей.

Переглянувшись с сестрами, мы бросились в коридор, к окну, выходящему на подъездную аллею. В ворота въехала угольно-черная карета, запряженная тройкой вороных лошадей. Ее сопровождал отряд охраны – все сплошь в темных одеждах. Один из всадников спешился и вдруг посмотрел наверх. Я отчетливо разглядела раздражение в глазах мужчины и буквально отпрыгнула от окна. Сердце пустилось вскачь, а ладонь сама взлетела к горлу.