Сквозь огонь

Вернее, кончилось бы оно совсем плохо, если бы Милош прекратил слежку.

А он – не прекратил. Вернее, поручил ее Нарви.

Сергею снилась осада. Вернее, не так: осады. Десятки, в которых он успел побывать в прошлой жизни. И полдюжины или около того – из этой. Все сразу. И все сливались в одну. Стрелы, копья, снаряды, летящие снизу и вниз. Враги внизу, мелкие и почти нестрашные, наползающие с неотвратимостью саранчовой тучи. Враги наверху, такие же мелкие и вырастающие в полный рост по ту сторону стены. Или по эту. Одинаковая ярость, одинаковые движения, одно и то же острое железо, летящее прямо в зрачок.

Грохот, лязг, рев… Жалобный плач лошадей. Истошный визг обожженных… Во сне жизнь Сергея сливалась в бесконечную смену оборон и штурмов. И каждый мог стать последним, потому что прошедшие через смерть не щадят никого. Но не это самое страшное. Страшно, когда ты спишь, уверенный, что – минуло. Что враг где-то там… А ворота твоей крепости уже открываются, и черные тени одна за другой проскальзывают в створ ворот…

Сергей проснулся, уже сев и почти натянув левый сапог.

Сердце ходило в груди будто после бега.

Вокруг – спящее царство. Не сказать, что полная тишина. Кто-то похрапывает, кто-то постанывает, кто-то бормочет во сне. Над печью висит красное облачко дыма, подсвеченное снизу.

Сергей сунул ногу во второй сапог. Сон ушел. Осталась тревога. Снаружи…

Снаружи тихо вроде. Собаки потявкивают. Что-то упало вроде… Или кто-то?

Входная завеса откинулась, и внутрь скользнул человек с обнаженным мечом в руке.

Что нельзя разбить снаружи, можно отпереть изнутри

Стурла подошел к воротам ближе к ночи. Снегопад прекратился. На стене горели факелы, и часть их света доставалась тем, кто стоял внизу: парочке дренгов, которым выпало караулить в этот час.

– Ярл велел ворота проверить, – сообщил хольд.

Дырку, прорубленную бойцами Скельдума, заделывать не стали. Зачем? Сарай неплохо справлялся с защитными функциями. Убитых втащили внутрь и ободрали. То же проделали и с телами, что лежали поблизости от стены.

Раненые к этому времени в большинстве померли. А кто не успел, тех добили. Тридцать восемь покойников. И это были не все. Тех, кто подальше, забирать не стали. Опасно. Обгоревших тоже не трогали. Последний из них только недавно перестал орать. Сомлел или помер.

– Да что проверять? Все… – начал один из дренгов.

И умер. Длинный охотничий нож между ребер грудной клетки – это смертельно.

Второй настолько удивился, что даже копья не наклонил. Даже не закричал.