Сквозное. Навылет

Лишь глаза скосила, пытаясь рассмотреть Талу.

Или один, возможно, чтоб все-таки сохранить контроль над ситуацией.

Тала не могла точно сказать, сама она едва держала веки полуоткрытыми, время от времени отключаясь, несмотря на все свои усилия. И ей было так безумно стыдно за то, что не в форме, чтобы подстраховать, дать возможность подруге хоть на полчаса дыхание перевести! Но Тале было настолько плохо, что нынешний момент казался точно не лучшим, дабы обновлять водительские навыки, особенно учитывая погодные условия.

Она, определенно, не в том состоянии, чтоб вести машину, угробит обеих точно. А Света справлялась, еще и без устали нахваливала внедорожник, который в аренду взяла, сетуя, что себе не додумалась купить подобное.

— Мы бы твою все равно использовать не смогли, — напомнила Тала, улыбаясь через силу, но стараясь не поддаваться какой-то ужасной, изматывающей усталости, клонящей ее в сон с невероятной силой."

"Понимала все: и что нервы издерганы, и что перенервничала капитально, выбираясь через то дурацкое окно в женском туалете торгового центра… Господи, будто в каком-то кино! У нее тогда сердце в горле колотилось, казалось! Да и последние недели непростыми были — все разом откат обеспечило.

А еще страх изнутри пожирает, потому не остается сил мыслить рационально. Однако Тала отчаянно пыталась не провалиться в эту пучину, не уснуть, в дополнении ко всему, справедливо опасаясь, что тогда и Свету подставит: в темноте, по снегу, в тишине сонной машины подругу саму может начать клонить в сон.

Вот и заставляла себя думать о том, о чем совсем не хотелось, но что довольно неплохо прогоняло сонливость из мозгов.

Вообще, странно, состояние — адское: болит каждая мышца, непонятно с чего, пальцы согнуть без мучительного стона не выходит, от усталости трясет… или от очередного гормонального сбоя. Дыхание тяжелое какое-то, рывками, и в животе, груди — словно узел сплошной из нервов.

Дикий ужас вперемешку с огромным стыдом и чувством вины, стоит подумать о Денисе и том, что она его деньги взяла; или просто о том, что вот так уехала от него… Кошмарно, невероятно стыдно…

И, вместе с тем, безумно страшно, что найдет, догонит сейчас… Пальцы трясутся, вжимает их до боли в ладони. И при всем при том накатывает тоска и тревога, стоит за окно взглянуть на продолжающуюся метель.