Сквозное. Навылет

Вспомнилось, как смотрел на Талу с бумагами, разрываемый яростью, там, в своем кабинете, и видел вовсе не то, что на самом деле происходило.

А сейчас он что видит? Ни-фи-га!

Где цель?! В чем т******* цель тех, кто, как предположили охрана и Алхимик, Талу похитили?! Почему никто не выходит на связь?! А все, кого можно было хоть краем заподозрить, притихли и с опаской готовы еще и свои ресурсы ему предоставить, ни фига не понимая, по какому поводу Шуст взбесился?!

Так не бывает…

Потому Шуст и решил пойти к самому началу.

Выдохнул, пытаясь вернуть себе что-то, хоть отдаленно напоминающее здравый смысл и контроль. И потерпел сокрушительную неудачу, стоило переступить порог квартиры, глубоко вдохнув запах…

Здесь пахло Талой. Уже… Будто в каждой молекуле воздуха в его жилье остался ее атом. И от этого аромата тот неистовый и мало подконтрольный разуму Дениса (будем откровенны, чего уж тут прибедняться) внутренний монстр, которого ее появление и пробудило, буквально взревел. Невыносимая, неведомая ранее смесь потребности, боли, жажды немедленного результата кромсала изнутри сосуды и внутренности так, что физически сжимало грудную клетку спазмом.

Дышал сквозь зубы, заставляя себя делать вдох и выдох на счет. Пытался все это хоть как-то отстранить, отодвинуть, дать возможность мозгам проанализировать.

Но все его попытки перекрывало то, что ранее Шустову ощущать не доводилось. Страх… Денис не был доселе знаком с данной эмоцией, что всегда играло ему в плюс. Нет, не безбашенный отморозок, имел здравый смысл и всегда перекрывал вероятные риски.

Да и смысл? За себя бояться? А зачем? Только отвлекает. Сдох — ну и сдох, уже без разницы, что там, лишние трепыхания отвлекают от цели только. За деньги, положение, статус? Еще более глупо. Сумел раз достичь вершины — и второй раз вскарабкаешься, если оступишься и сбросит кто-то, выше еще заберешься, использовав поражение, как трамплин, тут главное в процессе просто не сдохнуть.

Однако сейчас речь шла не о нем.

Вообще не о нем, а о той, которая стала внезапно важнее себя самого. О той, которая точно была куда более хрупкой, уязвимой и слабой, нежели Денис. Вот что ему мозги капитально компостировало, не оставляя шанса контролю. И все же Шуст пробовал от этого безумия отгородиться.