Потрясающее рвение к восстановлению поруганного бизнеса.
Вслух, слава Богу, я этого ничего не сказала. Не надо раньше времени портить картину.
— Демьян, я всё понимаю, но всегда и везде есть пределы и рамки.
Мужчина, слегка приподнимая бровь, скептически улыбнулся. И почему у меня постоянно возникает чувство, будто он со мной как с ребёнком. Учит жизни, наставник выискался!
— Рамки — это не по мне…мне кажется, я это уже упоминал!
Возможно… Бестужев так много говорит, а я в принципе не всегда успеваю за ходом его криволинейной мысли.
— Я подумаю, — наконец, дала ответ, стараясь всем телом и мозгом излучать сомнение и задумчивость.
О да…в голубых глазах загорелись нотки скорой победы. Бестужев не сомневался в моей капитуляции, осталось лишь поднажать и всё. Девочка на тарелочке с той самой каёмочкой и рестораном в придачу.
— Конечно, Дана, я тебя никуда не тороплю и тем более не хочу давить.
Да, да…мой сладкоголосый…не торопит и не хочет…ровно до моего короткого «да».
— Отлично! — и сдержанная улыбка.
— Я на минуту, чтобы распорядиться насчёт обеда.
Честно, сдержать злорадную улыбку, как у кота Тома в мультфильме, было очень сложно!
Мне тоже в ответ доверчиво улыбнулись и остались смиренно ждать своей участи.
На кухню вплыла как ангел мщения. Видимо, мои мысли отражались на лице, так как в ответ на моё бессловесное появление шеф-повар злорадно потёр ладони в предвкушении представления, а Кира печально вздохнула. Моя менеджер явно сопереживала этому нахалу — завоевателю и изначально предлагала не издеваться над х-меном.
— Борис, начинаем! А ты, Кира, не переживай…ничего с твоим прекрасным принцем не случится. Он первым начал и не хочет идти к перемирию.
— Дана Юрьевна, да причём тут принц…просто…
Но я её перебила.
— Да, да… у вас это взаимно…он тебя даже на работу приглашает. Говорит, так прекрасна, сил его нет. Не знает, как он без тебя раньше обходился.
Щеки девушки окрасились лёгким розовым румянцем, но голос звучал твёрдо.
— Ну, я не собиралась от вас уходить.
Мне очень нравится работа в «Нефрите» и коллектив прекрасный.
Я успокаивающе улыбнулась и подмигнула сотруднице.
— А кто сказал, что я тебя отпущу такую юную и невинную в это логово разврата?!
— Разврата!? — удивлённо повторила она вслед за мной. — Они же занимаются кухонной техникой или я что-то спутала?
— Ей, родимой, ей! Но что сам господин Бестужев, что его зам, с которым мне пришлось пообщаться — сексуальные извращенцы.
