И у меня только навскидку сразу целых две причины моего отказа.
Красивое лицо мэра вытянулось, кажется, даже рот приоткрылся в изумлении. Хотя не буду себе льстить, может, он просто что-то хотел сказать, а я его перебила.
Подошла к единственному там столику и села напротив. Глаза в глаза."
"— Александр, почему такая тишина в зале. Гости сейчас уснут за завтраком.
Мой пианист встрепенулся и начал играть что-то скромно бодрое. От напряжения, необходимого для контроля собственных эмоций, я даже музыку разобрать не могла.
Гостей, слава Богу, было немного, и те чинно уставились в свои тарелки и чашки. Это хорошо, когда кругом порядок, несмотря на жёсткий кавардак в голове.
— Может, и вы желаете отзавтракать? И ваши спутники? — продолжила свой монолог тоном моей Алины.
— Нет, недавно после завтрака, — ожил наконец мэр. — Хотелось бы сразу услышать причины вашего отказа.
Да бесите вы меня! Вот какая причина! И первая, и вторая, и даже третья!
Так что прежде, чем заговорить, пришлось немного выдохнуть и дать себе хороший пинок под зад, а ещё лучше сразу фильтр глубокой очистки на рот поставить.
— Во-первых, наш зал не в состоянии вместить всех приглашенных на свадьбу вашей дочери. Мы скромное учреждение, больше подходящее для вечеринок и небольших семейных банкетов. Во-вторых, до дня икс осталось три с небольшим дня, а вы просите совершить меня чудо в его подготовке. Чудес, сами знаете, не бывает, значит, уровень мероприятия будет на порядок ниже, а это уже плохо как для меня, так и для вас, — я откинулась на спинку стула, заправляя выпавшую прядь волос за ухо.
Главное — это спокойствие, правильное дыхание и установка на «сильные женщины могут всё»! Я продолжила, пока дали право выговориться.
- В-третьих, суббота уже расписана, и в случае принятия вашего лестного предложения мне придётся отменить уйму заказов и получить кучку обиженных клиентов. Обидятся не только на меня, но и на вас. В свою очередь, в знак глубокого к вам уважения я могу порекомендовать список достойных мест для замены.
Конечно, если пожелаете, — быстро добавила я, дабы никоим разом не обидеть «главного».
Мужчина, в свою очередь, пытал меня своим знаменитым взглядом, но его мутно-серые глаза были далеки от прожигающего нефритового. Мне от его «телепатического» было совсем … «никак». Василий, бедняжка, сдался и даже как-то жалобно нахмурился.
— Моей дочери вас порекомендовала подруга. Она отмечала здесь своё двадцатилетие и осталась довольна.
