Переживал за то, что происходит с Лео, даже если попросил медсестричек звонить мне сразу же, если с мальчиком будут какие-то изменения, хотя они уверили меня, что теперь всё только хорошо и никаких осложнений не предвидится.
Я не стал отходить от братьев, каждый из которых понятливо улыбнулся на мои эмоции и этот звонок.
Но когда нажал на кнопку ответа и улыбнулся, чтобы проговорить: «Привет, конфетка», — то замер от пробирающего до самого нутра ужаса, потому что услышал, как моя девушка кричит.
Я буквально кожей почувствовал ее панику и ужас, с которыми она кричала адрес.
Убегая от кого-то.
Плут отреагировал первым, пока я впал в секундный ступор, глядя на телефон огромными глазами и видя, что мои руки снова задрожали.
Брат включил телефон на громкую связь, нахмурившись и тут же собравшись.
— Позаботься о Лео!..
Это было последнее, что мы услышали, прежде чем раздался какой-то глухой сильный хлопок, а затем наступила тишина, от которой, мне казалось, моя голова и сердце просто разорвутся, как от ядерного взрыва.
— Я знаю, где это место! — Плут хлопнул меня по плечу, заставляя очнуться от ступора, в который впал, ощущая, как всё мое тело, которое еще секунду назад требовало крови и свободы инстинктам, вдруг онемело и стало ватным.
Интересно, Палачи чисто теоретически могли терять сознание?..
— За мной!
Плутон устремился вперед, позабыв про собственную куртку и недопитую бутылку спиртного.
А я и имя собственное забыл, рванув за ним так, что кровь тут же загудела, с такой силой разносясь по телу, что в голове раздался гул.
Сердце грохотало паровозом и кричало до хрипоты, а я задыхался.
Но не от бега.
Впервые от ужаса настолько сильного, что он подкашивал меня.
Подкашивал в буквальном смысле, потому что ноги не слушались и дрожали так, что в какой-то момент я едва не рухнул прямо во время своего безумного бега.
Упал бы, если бы братья не обхватили меня руками с двух сторон.
— Посмотри на меня, Марс, — голос Урана был твердый и уверенный, но сердцу было не доказать, что вся эта чудовищная ситуация поправима.
— Посмотри! Люди не причинят ей вреда! Просто не успеют это сделать!
Я только и смог, что кивнуть в ответ, хотя голова разрывалась от вопросов, а в груди было больно.
Невыносимо.
Адски больно.
Словно кто-то наживую выколупывал из грудной клетки сердце, как яйцо из скорлупы.
Но от Рана веяло той силой и уверенностью, которой так не хватало мне сейчас.
