Он уже рыскал по лесам в поисках особо крупных хищников и, кажется, еще не понял, что волколаки всегда жили среди людей, в отличие от берсерков, которые веками скрывались в глухих лесах.
Но и это было лишь вопросом времени.
Как бы мы ни ненавидели Габриэля, он был чертовски умен, хитер и изворотлив.
Я так и не смог почувствовать его, когда мы приблизились к дому Рана, и Плут показал жестом, что обойдет лес вокруг, чтобы убедиться, что нет ловушек.
Но людей поблизости я не чувствовал.
По крайней мере, тех, кто служил под началом этого гада и составлял основу Черного легиона.
Там был и Уран.
Я остановился в тени деревьев, пользуясь тем, что ночь уже вступала в свои права, и в душе заныло от боли и обжигающей ярости, потому что я понял, что мы опоздали.
Глаза Урана были пустыми и смотрели, не моргая, в одну точку прямо перед собой.
Он стоял у порога дома, не шелохнувшись, и рядом с ним на ступеньках сидел сотни раз проклятый Габриэль.
Выглядел он, прямо скажем, не очень.
Явно исхудавший со времени последней нашей встречи, с темными кругами под глазами и обросшими щетиной щеками.
А еще широкой повязкой на горле, которую прикрывал высокий ворот водолазки.
Он крутил в руках сотовый телефон и выглядел не слишком-то напряженным. Хотя явно знал, что мы придем, и ждал этого."
"За спиной моего брата он переставал бояться нас.
Я вышел к нему первым, не дожидаясь, когда Плут вернется, потому что знал, что он всегда прикроет мою спину.
Габи даже не вздрогнул.
Только покосился на свой телефон и что-то отключил в нем.
— Я всё смотрю на вас и пытаюсь понять, что вы за берсерки, — вдруг проговорил чертов Габи, а я остановился на полпути, потому что услышал его голос.
Глухой и механический.
Совершенно непохожий на человеческий.
Словно внутри него сидел робот, который сейчас что-то говорил.
Он, конечно же, заметил это и неопределенно дернул плечом, пытаясь даже криво улыбнуться, что в данной ситуации выглядело нелепо.
Вот только улыбка получилась измученной и злобной.
— Ваши новые друзья волки любезно преподнесли мне этот подарок, когда всадили стрелу в горло.
Я только вскинул брови, проговорив:
— Жаль, что не убили.
— Они очень старались. И возможно, когда-нибудь у них это получится, — отозвался Габи и снова посмотрел на свой телефон, а затем поднял чертовы глаза на меня.
Как и все Кадьяки, он был светлоглазый, черноволосый и с правильными чертами лица, которые так любят все девушки.
