Хотелось бы сказать, что один раз не считается и это было настолько давно и убого, что и вспоминать не хотелось, но я не решилась на это сейчас.
Просто, когда все девчонки в классе бурно обсуждают свою интимную жизнь, то первый половой опыт становится не осознанным выбором, а, скорее, попыткой доказать, что ты не хуже других и можешь говорить об этом тоже.
От этих мыслей я вся как-то сжалась, боясь, что Марсу будет неприятно знать, что я уже была с кем-то.
Потому что мне самой хотелось принадлежать ему одному.
Сегодня. Завтра. Через месяц. Год. Десятилетия.
— Ты моя, конфетка. Стала моей, как только я тебя увидел, — вдруг проговорил Марс, этими словами заставляя удивленно захлопать глазами.
Он словно прочитал мои мысли и сказал ровно то, что я мечтала бы услышать от него.
— Ни о чем не думай. Просто будь со мной, Лилу.
Мои неожиданные эмоции к нему были словно омут!
Я попала в них, неверно ступив на дороге судьбы, и теперь не могла мечтать ни о чем другом — чтобы только Марс был рядом.
И чтобы мой Лео поправился и вышел из больницы…
Марс скинул с себя легкую куртку, поведя своими плечищами, и сделал пару уверенных шагов до кровати, не выпуская меня из рук.
Он так и сел со мной, отчего я оказалась сидящей на его бедрах. Лицом к лицу.
Сложно было не ощутить того, насколько он возбудился.
С его-то размерами!
— Это лишнее, — прошептала я, стягивая футболку с него, а потом и с себя.
Марс улыбнулся, даже не представляя, как же мне хотелось этих прикосновений кожа к коже.
"
"Чтобы между нами не было совершенно ничего — только наши тела и голая страсть.
— Это тоже, — проговорил он, приподнимая меня слегка, чтобы стянуть с моих ног пижамные штаны и трусики, и я была готова к тому, что покроюсь мурашками, когда прохладный воздух коснется моего обнаженного тела.
Но этого не произошло, потому что Марс прижал меня к себе, опаляя жаром своего большого мускулистого тела, а я снова обхватила его руками и ногами, прижимаясь так тесно, как только могла.
Я бы хотела буквально врасти в него.
Стать его частью, чтобы никогда не расставаться.
Больше не было ни одной лишней мысли.
Не было смущения или попыток остановить себя.
Я бессовестно и открыто прижималась к нему, насаживаясь сверху на его возбуждение, и задыхалась от восторга, когда своими губами вбирала глухой протяжный стон Марса, с которым он обхватывал ладонями мои голые ягодицы, сжимая их с силой и жаждой.
