Это был сигнал тревоги, после которой всё человечное, степенное и натренированное во мне сгорало в ярости и жажде крови настолько сильной, что остановить меня могли только мне подобные — Палачи.
Я мог бороться с этим сам ничтожно мало, и было опасно упустить этот момент.
— Сделаем вид, что я этого не слышал, красотка, — гоготнул в конце концов Шон и махнул охраннику в сторону двери: — Отведи его на ринг. Посмотрим, так ли хорош брат бабника на деле.
Я только молча кивнул в ответ, ощущая, как теперь от мужчины пошла волна недоверия.
В какой-то мере даже омерзения.
После своей странной просьбы я явно упал в его глазах, и ничего хорошего он от меня не ждал.
Вероятнее всего, думал, что после первого же боя я сам сбегу поправлять прическу и рыдать у первого попавшегося зеркала.
И я не мог его винить в этом.
— В зале у нас главный Громила. Если что-то будет нужно, можешь мне через него передать. Я помогу чем смогу, — проговорил вдруг охранник, который, несмотря на смех Шона и его отношение ко мне, всё же не испытывал тех же чувств.
— Слушай, я много лет знаю твоего брата. Он реально похабник, пьяница и тот еще мозгоеб, но при этом хороший мужик. Он многих выручал. Мне кажется, что и ты не такой уж мудила, каким кажешься со своей мордашкой.
— Спасибо, — криво улыбнулся я, впервые подумав о том, каким кажусь со стороны.
И как при моей комплекции и, черт возьми, бороде, мое лицо можно было назвать мордашкой?
— Давай, красавчик! Удачи!
Охранник хлопнул меня по плечу у закрытых дверей, откуда раздавались гул сотни мужских голосов, свист, крики и глухие удары.
Здесь пахло потом, кровью, спиртным и адреналином.
Мое новое временное место работы, где я должен был заработать много денег.
Очень много денег.
За одну ночь.
Толкнув дверь, я тут же встретился еще с одним мужчиной.
— Я — Громила. Парни мне уже рассказали про тебя. Входи. Скоро этот бой закончится, и если готов, то можешь выходить на ринг.
Я молча кивнул ему в ответ, по эмоциям мужчины понимая, что рассказали ему в первую очередь про зеркало.
Впрочем, меня это мало волновало.
Пусть думают, что хотят.
Я отключал в себе все инстинкты хищника, чтобы не оглохнуть от воплей присутствующих мужчин и не реагировать на множество запахов, часть из которых будоражили во мне зверя.
Никто не обращал на меня внимания.
Все глаза и помыслы присутствующих были сосредоточены на ринге.
Небольшом возвышении, которое было обтянуто крупной сеткой.
