Сладкий кошмар

— Слушай, Ева, не прикидывайся дурой! Я прекрасно знаю, что ты трахаешься с Алексом! Я все знаю!

Если бы эта девчонка не была дочерью председателя Олимпийского комитета по фигурному катанию, я бы прямо сейчас ей поддала. Но Алекс был у нее на крючке, и я не могла позволить себе необдуманных действий.

— У меня нет желания выслушивать твой бред. Счастливо.

Я развернулась, молясь, чтобы Вика не начала кричать мне вслед. Но куда уж там…

— Если ты продолжишь встречаться с Алексом, я расскажу отцу, что он изнасиловал меня! И твой любовник вместо Олимпиады увидит тюремную камеру! Понятно, шлюшка?!

У меня внутри все сжалось от леденящего кожу ужаса.

— Алекс тебя не насиловал! — в моем голосе звучала сталь. — Ты это прекрасно знаешь!

— А ты прекрасно знаешь, что мне всего семнадцать! — и она продолжила говорить противным жалобным тоном: — Ах, Алекс напоил меня, предложил поехать к нему посмотреть романтический фильм, там напоил еще, а потом… потом… я боялась рассказать сразу… но я больше не могу молчать… я больше не могу жить с этим грузом! — она смахнула иллюзорную слезу.

Я вдруг отчетливо поняла: если эта психопатка поднимет скандал, с карьерой Алекса будет покончено. По крайней мере, на ближайшую Олимпиаду он точно не попадет.

— Почему ты не хочешь позволить Алексу самому решить с кем быть? Ведь даже если мы перестанем общаться, он не начнет встречаться с тобой…

— Конечно, начнет! Алекс любит меня, просто сам пока этого не понимает! — девушка рассмеялась, тряхнув головкой с аккуратно уложенным каре. — Ты даже не представляешь, каким он был со мной тогда в постели! Мой первый мужчина! Мы составим идеальную пару!.

Она мечтательно улыбнулась, а я сдерживалась из последних сил — нужно было выиграть время, чтобы все обдумать.

— …Я предупреждаю: если ты еще хоть раз приблизишься к Алексу, я устрою такой скандал, что вам и не снилось! Бедняга не скоро увидит лед и… он возненавидит тебя, когда узнает, что именно ты лишила его того, что он любит больше всего на свете!

— Что ты от меня хочешь? — выплюнула я с презрением.