Сладкий подарок для императора Теней

Однако я заметила, что, зайдя в комнату, он пошатнулся и ухватился за стену… Мой демон в беде! А мне оставалось следить за ним и прислушиваться к еще более муторной, чем обычно, светской беседе.

— Терпеть не могу вареную рыбу, — сообщила Идиллия Палмер, бабушка дорого жениха, урожденная графиня. При этом она бодро расправлялась со свиным рагу с шалфеем и майораном. В этой семье, судя по тому, что поросенок со специями красовался в самом центре стола, не считали поедание этого животного зазорным или «грязным».

— Ни в коем случае не вареная, — возразила ей Арфея, родительница Бенджамина.

— Здесь целая сырная шапка сверху. К тому же это легкая пища, полезная для организма, а вы, матушка, налегаете на то, что людям в возрасте не рекомендуется.

Обе леди могли бы спорить еще долго. Я отметила про себя, что на журнальном столике в углу лежали несколько свежих выпусков «Калейдоскопа». То есть мой опус о шляпках уже должен быть опубликован.

Мы сидели почти во главе стола. Дело в том, что виконт — по праву занял место в левом конце — не постеснялся усадить рядом с собой невесту.

А я, соответственно, примостилась по правую руку от нее. Поэтому каждое сказанное между нами слово разносилось довольно громко. Ведь именно здесь ставились магические усилители звука. Чтобы лакеи не пропустили ни одной реплики хозяина, даже если он в этот момент жевал.

— Я не удивлюсь, — заявила Дафна, перехватив мой взгляд на стопку журналов, — если окажется, что эта Эмили Стюарт — одна из нас. Представляешь, ее последний текст посвящен ритуалам вокруг ношения шляпок.

А на эту тему мы спорили за последнюю неделю как минимум два раза.

Сестра говорила нарочито громким шепотом, рассчитывая отвлечь внимание собравшегося здесь общества от бесконечной перебранки Идиллии и Арфеи. В этот момент я не нашлась, как правильно отреагировать, чтобы пресечь дискуссию на корню.

— Самое забавное, что у меня есть более весомые доказательства, — легонько рассмеялась она. — Отчет Эмили о путешествии к приморским источникам вышел сразу после того, как мы оттуда вернулись.

Ее самая знаменитая работа, эссе о дамских уборных, была написана, в принципе, по нашему обратному маршруту. Она ссылалась на заведения, которые мы посещали.

Я заметила, что все больше голов разворачивается в нашу сторону. Но, к моему облегчению, оппонировать Дафне вместо меня принялся молодой виконт:

— Дорогая, если автор ездила в ту сторону примерно в то же время, что и вы, то логично, что она возвращалась той же дорогой.