Ей не нужно было переживать.
— Честно говоря, ты достаточно требовательна. Сомневаюсь, что смогу удовлетворить другую женщину, кроме тебя.
Ее глаза расширились от негодования. Я перевернул ее, несмотря на ее притворную борьбу, и врезался в нее, трахая жестко и быстро, потому что больше не было необходимости подтверждать то, что я чувствовал.
Глава 21
КАССИОДжулия организовала первый день рождения Симоны в январе, испекла торт и украсила все воздушными шарами. Моя семья приехала к ужину.
Симона уже делала первые шаги и следовала за Джулией, как щеночек.
Она была слишком мала, чтобы помнить свою мать. Для нее существовала только Джулия.
Фаро, его жена и двое детей тоже были приглашены. Он присоединился ко мне в минуту тишины.
— Она снова заставила Даниэле заговорить.
Я кивнул, провожая Джулию взглядом. Она поправила подсолнух в волосах Симоны. На платье моей дочери тоже был подсолнечный принт. Она выглядела восхитительно, так что я перестал протестовать.
— Да. Она хорошо ладит с детьми."
"— И с тобой, — сказал Фаро с многозначительной усмешкой.
Я прищурился. — Да ладно, Кассио. Это как, если бы ты упал в фонтан молодости, и уже не такой капризный, как раньше. Я очень рад за тебя.
Я ничего не сказал.
— Твой отец обратился ко мне.
По тому, как изменился голос Фаро, я понял, что мне не понравится сказанное.
— Чего он хотел?
— Он попросил меня поговорить с тобой о ребенке от Джулии. Он считает, что вы должны быть готовы к любым неожиданностям.
— Значит, все дело в том, что Даниэле не мой сын? — я заскрежетал зубами.
Фаро пожал плечами:
— Это вариант, и не такой уж маловероятный.
— Мне не нужен еще один ребенок, и уж точно не нужно, чтобы ты или мой отец вмешивались в мои дела.
Фаро поднял руки.
— Я не хотел вмешиваться. Вот почему я тебе все рассказал. Но твой отец в ближайшее время не сдастся. Он очень волнуется.
— Если бы он признал, что Даниэле и Симона мои дети, он мог бы перестать волноваться.
— Это ты ему скажи.
Я подошел к родителям, разговаривающими с Мией, которая держала на руках своего новорожденного сына.
Она выглядела измученной.
— Прекрати это, отец.
Он знал, что я имею в виду, и мне не нужно было вдаваться в подробности.
— Я пытаюсь думать о твоем будущем.
Я указал на Даниэле, державшего Симону за руку, так как она все еще немного нетвердо держалась на ногах.
— Вот оно, мое будущее. Конец истории.
Мама коснулась моего предплечья.
— Мы любим их, но…
— Нет, никаких но.
Они обменялись взглядами и неохотно кивнули.
