Кассио возвышался надо мной, преграждая путь. Я подняла голову, встречая его яростный взгляд.
— Это животное останется снаружи. — Его глаза были суровы, но я не отвела взгляда. — Я отдал тебе приказ.
Приказ?
— Похоже, я так же плохо обучена, как и твоя собака.
Мамины предостережения насчет дерзости прозвучали у меня в голове. Было уже слишком поздно, но я бы не сдала назад.
Лицо Кассио вспыхнуло сначала от удивления, потом от гнева.
— Поставь ее обратно. Я не позволю тебе впустить ее в дом.
Позволение. Приказ.
Я была его женой, а не рабыней. Но опять же, он был Младшим Боссом и, вероятно, не понимал разницы. — Если собаку не впустят внутрь, я останусь с ней снаружи. Мы можем согреть друг друга, — я повернулась, чтобы подойти к одному из шезлонгов, но Кассио резко поднял руку, останавливая меня.
Я вздрогнула. Отец никогда не поднимал на меня руку. Мать дважды. Это не первый опыт, заставивший меня вздрогнуть, но я видела, как мужчины били женщин и детей. Мои дяди, в частности, были склонны к насилию.
Это часто случалось в наших кругах.
Кассио нахмурился, и его пальцы мягко сомкнулись вокруг моего локтя. Я с любопытством посмотрела на него.
— В этом вздрагивании не было необходимости. Я не хочу, чтобы это повторилось, хорошо?
— Ты не хочешь, чтобы я так реагировала, или у меня не будет причин так реагировать?
Тень улыбки промелькнула на лице Кассио прежде, чем он снова принял суровый вид. Он наклонился так, что наши глаза оказались на одном уровне.
— У тебя никогда не будет причин для этого.
— Ты уверен? — я сказала это скорее для того, чтобы позлить его, но мои слова смягчила легкая улыбка.
— Абсолютно.
— Хорошо.
На его лице отразилось замешательство. Неужели я для него такая уж загадка?
— А теперь отпусти собаку.
Моя улыбка стала шире.
— Нет.
Он недоверчиво посмотрел на меня. Отпустив мой локоть, он обхватил мой подбородок большим и указательным пальцами и придвинул наши лица еще ближе. На этот раз я не вздрогнула, и видела, что ему это понравилось.
— Я отдал тебе приказ. Я твой муж, и мое слово закон.
— Я знаю. И если ты настаиваешь, чтобы собака оставалась снаружи, я тоже останусь.
Кассио прищурился. В его дыхании чувствовался привкус пряного виски, и я ощутила безумное желание попробовать его на губах.
— Неужели ты думаешь, что я поверю, будто ты проведешь ночь на холоде ради собаки?
Я упрямо смотрела на него в ответ. Он разразился лающим смехом.
— Думаю, ты действительно можешь это сделать.
