И вот теперь я здесь, без малейшего намека на знания о собаках или детях, выходившие за рамки того, что я читала в книгах, и должна буду иметь дело со всем этим.
В течение нескольких месяцев после нашей помолвки я боялась нашей первой брачной ночи. Теперь казалось наивным, что простой акт секса вызывал у меня столько трепета. Делить постель с Кассио было наименьшей из моих битв. Исправить эту семью, каким-то образом превратить ее в мою семью — была самая трудная задача, которую я только могла себе представить.
Глядя в измученные и настороженные глаза Кассио, я пообещала себе овладеть им.
Глава 9
КАССИОРаздражение гудело у меня под кожей. Джулия спокойно посмотрела на меня, думая, что знает все. Это было преимущество молодости — верить, что ты знаешь, как устроен мир, и быть уверенным, что сможешь привести его в соответствие со своими идеалами. Скоро она поймет, что идеалы это всего лишь подростковая глупость.
— Давай же, — процедил я сквозь зубы, не желая спускать на нее разочарование последних нескольких месяцев.
В конечном счете, это была моя вина за то, что я позволил этот брак, думая, что восемнадцатилетняя девушка может стать женой и матерью. Мысль о том, что Джулия может стать Гайей 2.0, перевернула мой желудок.
Джулия открыла рот, чтобы сказать что-то еще, но я бросил на нее предостерегающий взгляд. Ей нужно научиться вовремя затыкаться. Она поджала губы, но промолчала.
Сначала я отвел ее в комнату Даниэле. Я открыл дверь, но свет включать не стал. Кровать Даниэле была пуста.
— Где он? — взволнованно прошептала Джулия, пересекая комнату и направляясь к кровати.
Мое сердце сжалось. Повернувшись на ботинках, я вышел и зашагал по коридору. За мной последовали шаги, и рядом со мной появилась Джулия.
— Кассио?
Я ничего не сказал — не мог.
Дверь в последнюю комнату слева была приоткрыта, как я и предполагал. Я толкнул ее и открыл. Свет, льющийся внутрь, освещал маленькую фигурку Даниэле на огромной двуспальной кровати. Он свернулся калачиком на одеяле, наполовину укрытый своим собственным.
Я глубоко вздохнул, ненавидя чувство вины, сжимающее мои внутренности. Гнев на Гайю был эмоцией, с которой я мог справиться лучше.
Я чувствовал на себе взгляд Джулии, несметное количество вопросов, которые она хотела задать. В тишине комнаты даже ее невысказанные слова раздражали меня. Она сделала несколько неуверенных шагов к Даниэле. Моя рука метнулась вперед, сжимая ее предплечье с большей силой, чем предполагалось.
