Сладкое лето

Но он совсем не чистенькая золотая молодежь. Так, что, Насть, обманул тебя мальчик, связалась ты с альфонсом.

Макс медленно отлип от стены, так же, не напрягаясь, лениво и расслабленно, почти без замаха, единым долгим движением, слитым с шагом вперед, воткнул кулак куда-то под дых Вику.

Тот резко согнулся, выдохнул, захрипел, пытаясь набрать в грудь воздуха, и закашлялся, теряя весь свой пафос.

Я просто любовалась этой картиной. Жаль, он не морде съездил, как я долго мечтала. И не нахер заточкой в печень, чтоб тот сдох.

Отдышавшись, Вик оперся на трость тяжело, всерьез. Прижал руку к груди, все еще кхекая, и повернулся к Максу:

— Не боишься, молокосос? Не на того ты лапку поднял! Может ведь оказаться, что все твои делишки и стартапчики существуют только потому, что кто-то разрешает им существовать.

— Не боюсь, — спокойно сказал Макс.

— Думаешь, если подцепил дочь Дмитрия Снегова, так тебе теперь все позволено?

— Кого?! — Макс в изумлении обернулся ко мне.

Вик хотел, вероятно, расхохотаться, но подавился смехом и снова долго кашлял, согнувшись и держась за стену.

Но он все-таки прохрипел ехидное:

— То есть, ты не знал, что все это время трахал дочь Снегова?

Падчерицу. Но сейчас, наверное, не время поправлять. Я с интересом покосилась на Макса, а он растерянно посмотрел на меня.

— О-о-о, ты что, и правда такой наивный идиот, каким кажешься? — Вик даже улыбнулся.

Меня, меня, спросите меня!

Да, он действительно такой наивный идиот. Сама долго не верила.

Когда он начал рассказывать трагическую историю про неудачный опыт с кофейнями, я даже напряглась. Ждала, что мне сделают грустные глазки и вовремя умолкнут, чтобы я предложила помощь отчима. А когда промолчала — думала, что тема еще всплывет. Но он потом не вспоминал об этом, не жаловался и не грузил своими проблемами, даже когда задерживался.

Так что я уверена — не знал он.

И тем самым получил от меня сразу сотню призовых очков.

Вик уже оправился, встал ровно, пригладил волосы, и только я, слишком хорошо его знавшая, могла заметить, насколько ему хреново и не по себе, и что трость он на самом деле носит не совсем для форсу.

— А ведь мог бы выбраться из той жопы, в которой ты торчишь со своим нано-бизнесом, парень.