К делу тут же подключилась иркутская прокуратура и прислала в Москву своих следователей. Теперь уже освободить парней по-тихому не представлялось возможным. А в скором времени, буквально через две недели, Саша, Гриня и Полпорции были этапированы в Иркутск, где уже находились арестованные после перестрелки у «Разгуляя» Мирон, Африкан и Страхов.
Привечали в Иркутске наших ребят сурово. Местные следователи и опера работали очень жёстко.
Допросы проводились в славных традициях НКВД тридцатых годов, с избиениями и пытками.
Мы задействовали все имевшиеся ресурсы, чтобы вытащить наших близких из этого ада. В самом Иркутске за них самоотверженно сражались наши адвокаты[18] Вадим Миндлин, Илья Рыжков, Александр Кононенко, подвергавшиеся мощному давлению со стороны тамошних силовиков.
Во многом благодаря влиянию Сергея Ивановича и его связям, обильно сдобренным деньгами, дело в отношении ребят в Иркутске было прекращено и 10 августа Сашу, Гриню и Полпорции самолётом доставили в Москву.
Андрея Миронова и Африкана отправили в столицу обычным этапом.
Но до Москвы доехал только Мирон. Африкан, как потом сообщили родным официальные власти, был застрелен то ли при попытке к бегству, то ли при нападении на конвой.
В скором времени после возвращения в Москву Гриня был освобождён под залог и сразу же свалил из России на Украину, от греха подальше.
Полпорции тоже нагнали, а вот мой брат оставался под арестом и ещё некоторое время содержался в можайском СИЗО.
Смерть Сергея Ивановича
Как я уже говорил, к 1994 году «борцы» отошли от дел группировки, в том смысле, что не участвовали во всяких «стрелках-разборках», оставив это нам, и занимались легальным бизнесом, но они по-прежнему оставались ближайшими Сергею Ивановичу людьми.
Юра и Миша вели свои дела в Москве. Дима же Надеев состоял при Сергее Ивановиче, выполняя роль его экономического советника, и контролировал деятельность Григория Лернера, являвшегося основным (или одним из основных) финансистов Сильвестра.
Григорий Лернер ещё в 1992 или 1993 году, после того как провернул крупную аферу с «МостСтройБанком», получил израильское гражданство и перебрался туда на постоянное место жительства. Звался он теперь Григорий Цви бен Ари, что значит «сын льва».
В Израиле Гриша основал финансовую компанию, чей роскошный офис находился в престижном районе Тель-Авива, и которая имела филиал в Москве. Занималась компания инвестициями, действуя в рамках закона. То бишь легально.
