След

– Можете сказать, когда это произошло? – спокойно, не выказывая волнения, осведомляется Бентон. Сведения по-настоящему важные, и он уже чувствует, куда ведет эта информация. – Черный «феррари» пострадал, когда вы были в спортзале?

– Я не сказала, что была в спортзале, – бросает Генри, и ее враждебность подкрепляет его подозрения.

Генри взяла черный «феррари», очевидно, без разрешения Люси. На черном «феррари» не позволяется ездить никому, даже Руди.

– Расскажите о повреждении.

– Ничего особенного. Просто его кто-то поцарапал.

Скорее всего ключом. Нацарапал картинку. – Она трогает желтоватый палец.

– После этого она бы на нем не поехала. Кому захочется выезжать на поцарапанном «феррари».

– Люси, должно быть, рассердилась.

– Царапину можно было заделать. Все можно поправить. Если бы она его убила, я не была бы здесь. А теперь я буду жить в вечном страхе, что он меня найдет.

– Я делаю все возможное, Генри, чтобы вам не пришлось из-за этого беспокоиться, но мне нужна ваша помощь.

– Я, может быть, никогда ничего не вспомню.

 – Она смотрит на него. – Ничего не поделаешь.

– Люси пришлось подняться на три пролета, чтобы попасть в спальню. Вы были там. – Бентон внимательно наблюдает за ней. Генри слышала это и раньше, но как отреагирует сейчас? Все это время он опасался, что она, может быть, не играет, не притворяется. Что потрясение оказалось слишком серьезным. – Когда Люси нашла вас, вы были без сознания, полыхание и сердечный ритм соответствовали норме.

– На мне ничего не было. – Генри признается в этом легко.

Ей нравится напоминать ему о своей наготе.

– Вы всегда спите голышом?

– Вы снимали пижаму перед тем, как лечь в постель?

– То есть это сделал не он? Не тот, кто на вас напал?

– Не он. Хотя я уверена, что, будь на мне одежда, он бы меня раздел.

– Люси говорит, что когда видела вас в восемь утра, на вас была красная атласная пижама и купальный халат.

– Правильно. Потому что я собиралась выходить. Посидела на солнышке возле бассейна в шезлонге.

Еще один новый факт.

– Когда вы выходили?

– Наверное, сразу после того, как Люси ушла.

Она уехала в голубом «феррари». Ну, может, не сразу, – поправляется Генри, глядя в окно на заснеженные, сияющие под солнцем горы. – Я на нее злилась.

Бентон неспешно поднимается и кладет в камин дрова. В трубу летят искры, пламя жадно облизывает сухие сосновые поленья.

– Оскорбила ваши чувства? – Он опускает задвижку.

– Люси не нравится, когда люди болеют. – Генри более сосредоточена, более спокойна.