Не знаю уж, как Никки умаслил моего безумного отца, но он дал согласие на брак. Вскоре мы сыграли свадьбу, а после Никки увез меня в Петербург.
Все еще улыбаясь, Софи убрала платочком выступившие слезы. Извиняясь, поглядела на растерянную Лизу и развела руками:
– Всякое после бывало меж нами… И хорошее, и – не буду скрывать – плохое. И все же я любила Никки безумно. До самой его смерти. Да и после… Уж семнадцать лет, Лизонька, как моего дорогого Никки нет – а я о втором замужестве не думала ни разу.
Хотя предложения были, вы уж поверьте. Да не одно и не два, и весьма-весьма заманчивые.
После беседу пришлось прервать: пришла юная горничная, принесла завтрак и кофе. Лизе даже показалось, что на этот раз Софи с девочкой ведет себя чуть ласковее. Да и в целом – невероятно, но будущая свекровь опять ее удивила. Лиза не подозревала, что она может быть такой. Редко увидишь, чтобы мать любила умершего мужа больше, чем живого сына.
Только когда горничная вышла, а Софи отпила свой кофе – сморщилась и отпустила очередной упрек в сторону девочки, Лиза решилась на расспросы дальше.
– Так что же, Софи, вы никогда более не бывали в Екатеринбурге до последних событий?
Та пожала плечами, вспоминая:"
"– Если только в первые годы брака, пока с моим отцом еще можно было иметь дело. Да и Алекс, знаете ли, рос болезненным и капризным. Чуть я отойду на шаг – в слезы! Никакого сладу с ним не было! Он этого не помнит и не ценит, но, пока он был мал, я совершенно никуда не выезжала.
Сидела в четырех стенах с младенцем, как крепостная рабыня, ей-богу! Однако на свадьбе ваших родителей, Лизонька, мне все же побывать посчастливилось.
Софи многообещающе улыбнулась, видя проснувшийся у Лизы интерес.
– Расскажите мне о матери, Софья Аркадьевна, – попросила Лиза. – Какой она была?
– Какой она была… – со вздохом повторила Софи. – Вы очень похожи на нее, Лизонька. Не лицом, но характером. Аннет смелая была и решительная до крайности.
Что задумает – обязательно исполнит, и никто ей не помеха! Я слышала… – Софи смутилась, – будто Аннет Льву Александровичу самолично предлагала сбежать и втайне обвенчаться, ежели их отцы будут против свадьбы.
Лиза растерянно хлопнула ресницами: не могла не провести параллель с тем фактом, что она тоже сама сделала предложение Алексу. И осознав это, почувствовала, как ее щеки густо заливаются краской.
