След бури

— Последний раз Младу видели в Паздерне, — отмеряя каждое слово, произнёс казначей. — Хотя про эту деревню ты вряд ли слышала. Там она продала лошадь и пошла дальше пешком. Об остальном мои знакомцы ничего не знают. Или попросту молчат.

— Возможно, — задумчиво качнул головой Квохар. — Это наводит на некоторые мысли, но кто я такой, чтобы лезть глубже. Так можно и обратно не выбраться.

Он скупо улыбнулся, вытянув губы в тонкую линию.

— Ты — казначей. Не последний человек в княжестве!

Геста встала, не в силах больше терпеть давящее присутствие Квохара.

— Моя богиня недовольна? — казначей с усмешкой проводил её взглядом.

— Ещё как, — Геста толкнула его в грудь, стоило ему приблизиться снова. — Ты потратил столько времени без толку. Да ещё и обманывал меня! Впрочем, забудь. Всё равно это больше не имеет значения. Я хочу, чтобы ты сделал кое-что другое.

— Уговора о каких-то ещё услугах не было, — казначей прищурился, и его голос дрогнул возмущением.

— Со мной не стоит торговаться. Я не купчишка на ярмарке.

Квохар презрительно поджал губы и, пригладив волосы, повернулся было уходить. Нет, отпускать его так просто нельзя — уж больно легко отделался. Только заморочил ей голову, а толку чуть. Геста подошла к нему и провела ладонью по груди, разглядывая каждую резную пуговицу на кафтане. Но лишь казначей хотел снова её коснуться, как она легко увернулась.

— Может, ты всё же выслушаешь меня? А там мы можем поговорить по-другому, если пожелаешь, — медово проворковала она, склоняя голову к плечу.

Но по лицу Квохара нельзя было сказать точно, пойдёт ли он на всё что угодно только ради ночи с ней. До сегодняшнего дня он много седмиц вовсе к этому не рвался.

— Хорошо, — милостиво сдался казначей. — Чего ты хочешь?

— Я хочу, чтобы ты нашёл мне арияш.

Квохар прижал кулак к губам, прокашлялся, словно в горле запершило, и ещё некоторое время молчал, озадаченно разглядывая Гесту. На его лице удивление сменилось сомнением, а после и недоверием. Ещё чего доброго и правда просто развернётся да уйдёт — и тогда хоть доноси Кириллу на него, хоть нет. Последний полезный человек, которым пока ещё можно управлять, будет потерян.