След бури

Млада, не медля, легким чуть скользящим шагом, прошла к зарослям молодого ельника и скрылась между пушистых ветвей, прокралась вдоль озера к тропе, по которой тривичи ходили на рыбалку. Лучше поостеречься. Мало ли, кто это. Деревенские из Ракитки, ещё не оставившие поисков пропавшей дочки старосты. А может, кто похуже.

Млада напрягла слух, вгляделась сквозь темноту в чётко различимые на светлом снегу фигуры пятерых незнакомцев. И замерла, услышав знакомый, но по-прежнему непонятный ей говор. Разведчики вельдов. Возможно, даже те самые, что напали на Искру и её друзей.

Мужчины на миг скрылись за густыми зарослями ивняка и показались вновь. Идущий впереди всех вельд вскинул руку, приказывая остальным остановиться. Значит, выйдя на открытое место, они наконец заметили редкие костры становища. Один за другим, разведчики, пригибаясь, таясь за деревьями да кустами, поднялись вдоль тропы и попадали на животы. Теперь они не разговаривали, только подавали друг другу отрывистые знаки. На время они разошлись в стороны, видимо, чтобы лучше разглядеть лагерь. Млада им не мешала и из ельника не высовывалась, надеялась только, что её следов верхогляды, занятые более важным делом, не заметят.

Но долго так не просидишь — что-то делать надо. Ведь ещё немного — и вельды дадут стрекача к своему становищу, скроются в лесу и ищи-свищи. Тогда кочевники успеют хорошенько подготовиться к встрече дружины. Млада тихо двинулась к ближайшим палаткам, чтобы позвать кого из кметей, но уже почти пробравшись к лагерю, заметила, как вельды вновь собрались вместе и двинулись обратно к тропке, с которой сошли.

Видно, узнали всё, что нужно. Какие шустрые.

Млада развернулась и пошла за ними, осторожно пробираясь меж тонких стволов и стараясь не шевелить ветки. Поднимать шум теперь — самое последнее дело. По дороге она скинула плащ, бездумно провела пальцами по рукоятям скрамасакса и Призрачного, проверяя, на месте ли они, хоть и знала, что деться им некуда.

Разведчики, прибавив шагу, стремительно отдалялись от лагеря.

И хоть шли они споро, но умело и ловко — гуськом по старым следам на тропе. Те, подмёрзнув к ночи, сызнова не проминались — а значит, понять, что тут проходил кто-то ещё, будет сложно даже зоркому следопыту. Отпечатков же вокруг лагеря могут и вовсе не заметить.

Млада осторожно достала на ходу нож, коротко примерилась к замыкающему вельду и резко обхватила его рукой за шею, зажимая рот. Всадила скрамасакс в спину под рёбра, а затем полоснула по горлу.