След лисицы на камнях

Одного у нее не отнять: она смелая. Как гладиатор! Ты смотрел фильм? Там главный герой на тебя похож… Только у него всю семью убили.

– Мои живы, хвала богам, – открестился Сергей. – Света, а кто такой Петр?

– Возняк его фамилия. – Пронина скривила губы. – Полудурок! Возняк он и есть Возняк.

«Ого!» – мысленно сказал Сергей.

А Пронина тем временем рассказывала, что Вера часто переезжала. Никакой системы в выборе места у Бакшаевой не было; она могла ткнуть в карту и рвануть в Екатеринбург или Новосибирск. Паспорт у нее имелся, но Вера крайне редко регистрировалась на съемных квартирах, да и вообще наплевательски относилась к всякого рода условиям и ограничениям.

«Тыщу раз ее выгоняли за пьянки. И соседи жаловались: шума от Верки много. К тому же курит».

Макар был прав, подумал Бабкин, хоть и не во всем. Илюшин предположил, что Бакшаева оформила новый паспорт под предлогом утери старого; вряд ли она помнила, что документ остался в деревне. «Если так, могла и замуж выйти, – сказал он. – Иначе откуда песня о муже, чью квартиру продадут, чтобы отдать деньги Красильщикову?»

– Какие у нее деньги! – расхохоталась Светлана, когда Бабкин поделился с ней этой мыслью.

– Верка – беднота, в кармане ветер гуляет!

За Бакшаевой переезжал и Петр Возняк.

– Он дурной! Но Верку прямо боготворил. Она рассказывала, что он по ней с самого детства сох.

– Он тебе не нравился?

– Нет. На зомби похож.

– Ну… и не живой, и не мертвый. Странный очень. Я боялась с ним в одной комнате оставаться. Все выпивают, веселятся, а он смотрит, как оловянный.

Женщину передернуло.

– Верка об него ноги вытирала и в глаза ему плевала. Когда у нее деньги заканчивались, разрешала ему с ней жить и за все платить. А потом попадет ей вожжа под хвост или встретится новый мужик, так она сразу Возняка за шкирку и прочь, как лишайного кота. Он послушный. Но иногда и на него что-то находило. Верка его единственного побаивалась.

– Как же: выгоняла – и побаивалась?

– Не знаю я, как это объяснить, – Светлана покачала головой.

– Она и издевалась над ним, потому что в ней страх сидел. Верка его таким образом перебарывала. Вроде как заявляла всему свету, что у Петьки никакой власти над нею нет. Себя саму утешала.

– И Возняк все это терпел?

– Куда он денется! Бакшаева – красотка, где еще такую найдет.

– А вот это ты зря, – обиделась Пронина. – Верка, конечно, поправилась малость. Ну, прилично поправилась, ладно уж. Но вообще-то за ней мужики ухлестывали только в путь.