Стоявший на площадке Мазур прицелился с должным упреждением, потянул спуск. Бегущий, подломившись в коленках, стал падать навзничь. Тишина, только фыркают и перебирают копытами потревоженные лошади. По двору бесшумно пробежал черный силуэт с задранной на лоб маской, остановился, увидев, что выскочивший из конюшни лежит неподвижно.
– Что там? – окликнул Мазур, выбежав из тени башни.
– Все в порядке, сэр, – чуточку возбужденно откликнулся лейтенант-коммандер. – Выскочил неожиданно, как чертик из коробочки, прыгнул на подоконник, успел разбить стекло… Парни взяли этих двух, тепленькими.
Старик спал, а молодой смотрел телевизор…
– Сколько жмуриков? – спросил Мазур.
– У нас – двое, про остальных еще не знаю…
– Проверьте конюшню, осторожненько, – распорядился Мазур.
Но в конюшне, кроме лошадей, никого больше не оказалось. Похоже, виктория была полная – шнырявшие меж строениями черные фигуры одна за другой, оборачиваясь к Мазуру подавали ему знаки, гласившие, что все чисто.
И все же он бросил подошедшему майору:
– Соберите людей, как следует прочешите «дворец». Очень уж грандиозная махина, там где-то еще и подвалы есть…
Сам вынул фонарик из кармана на бедре, зажег и, обернувшись в сторону опушки, где оставил четверых сподвижников, описал ярким лучом несколько кругов – сигнал присоединиться к вечеринке, потому что до конца еще было далеко…
Глава одиннадцатая
Остров сокровищ, инкорпорейтед
Вступление помощницы прокурора на покоренную территорию особой торжественностью не отличалось и напоминало скорее визит начитавшейся раннего Хемингуэя «белой охотницы» к пресловутым зеленым холмам Африки.
Мазур поневоле залюбовался – со всей снисходительностью человека, проделавшего главную и, особо стоит подчеркнуть, грязную работу Как выразились бы его далекие предки, чьим любимым занятием было запекать крестоносцев прямо в доспехах на хорошем огне, – отвалил кавал работы. Джен влетела в калитку, такое впечатление, повизгивая от нетерпения, как и все, щеголявшая в маскировочном комбинезоне и бушлате в тон, – Джен, подруга Тарзана, извольте любить и жаловать.
А африканские ассоциации возникли оттого, что следовавшая за ней троица была нагружена одеждой и прочей экипировкой тех, кто нагрянул на «Заимку» водным путем, налегке, – бушлаты, комбезы, высокие ботинки, рюкзаки, аппаратура и даже парочка компактных одноразовых гранатометов для полного счастья.
