Перед ним, по обе стороны, двумя дугами протянулись шеренги высоких столбов с грубо вырезанными рожами. Мазур машинально пересчитал их – двенадцать. Два крайних покосились, но все остальные выглядят крепкими, довольно новыми, хоть и почернели от дождя. Вытесаны из цельных стволов – высоченные идолы, насколько можно рассмотреть, то ли оструганные с превеликим тщанием, то ли заглаженные наждаком или чем-то подобным до того, что дерево кажется гладкой, почерневшей костью.
– Ни черта не понимаю, – признался Мазур.
– Вон, видишь? Там определенно жгли костры, и не единожды. И там… Углей кучи.
Он кивнул. Кострища остались не перед идолами, а там, где он сам расположился бы на привал, приехав навестить пещеру. В стороне, у сплошной стены леса, защищавшего небольшую прогалину перед входом в пещеру от северного ветра. Никаких черепов у подножия идолов, вообще ни единой косточки – если им и приносили какие-то жертвы, то уж никак не в виде людей или дичины…
Осмотрел прогалину в бинокль гораздо тщательнее.
Никакого мусора, ни малейших следов человеческого присутствия – только черные пятна двух кострищ, высокие идолы и вход в пещеру. А вот затес на дереве присутствует – и на сероватом срезе, расположенном примерно на высоте двух метров, просматривается черный, выжженный знак, своеобразный иероглиф, то ли птица, то ли стилизованный олень, то ли непонятно что…
Оглянулся на Джен и, увидев в ее глазах неугасимый пламень женского любопытства, покачал головой:
– Нет уж, не пойдем мы туда. Опасно.
– Почему? Пространство перед пещерой – сплошной камень. Там ни волчьей ямы не вырыть, ни капкана не установить… Посмотри. Голый камень, да и гора сплошь каменная…
В этом был толк, Мазур и сам прекрасно видел, что площадка у пещеры – едва ли не самое неподходящее место в мире для устройства ловушек, копки ям и закладки мин. Голый сероватый камень с россыпями угловатых обломков. Чтобы установить идолов, там непременно пришлось бы пробивать колодцы достаточной глубины, подножия высоких столбов окружены валиками мелких камней – следы забутовки, конечно.
Пришлось потратить массу времени и труда… зачем?
Его самого покусывало любопытство. Ни о чем подобном даже не слышал прежде, хоть в детстве и наслушался завлекательных побасенок о похороненных в гробах на верхушке дерева шаманах, женщинах с медвежьими мордами, подстерегающих шоферов на глухих таежных дорогах, о заклятых кладах и призраках убитых варнаками купцов…
– Посмотри, – настаивала Джен.
