След предателя

Неожиданно грузовик остановился, немцы поспешно повыпрыгивали на дорогу. По команде офицера, вышедшего из кабины, организованно развернулись в цепь и быстрым шагом, держа автоматы наготове, направились прямо в сторону затаившихся разведчиков, охватывая их с двух сторон.

— Мать честная, они же по нашу душу! — невесело произнес Калмыков.

— Отходим! — скомандовал старшина.

Затрещали сухие очереди, в бешеном танце завращались сбитые листья.

— Заметили, гады! — зло произнес старшина и, прицелившись, ответил короткой очередью.

Один из немцев дернулся, словно от сильного удара, и повалился на землю.

Рассерженным треском ударили новые автоматные очереди, прижимая разведчиков к траве. Группа захвата действовала грамотно, стараясь окружить противника, использовала рельеф местности, пряталась за деревья, совершала стремительные рывки, сокращая расстояние.

— Отходим к реке! — приказал Богдан. Выпустив короткую прицельную очередь, он отскочил назад и спрятался за могучий ствол липы.

Немцы уже вошли в лес, растянулись по флангам.

— Быстрее! Уходим! — торопил старшина замешкавшегося Калмыкова.

Щербак перекатился в яму, дал короткую очередь, нырнул за дерево, еще одна прицельная очередь…

Строев двигался на расстоянии пятнадцати шагов от старшины. Щербак мимоходом отметил, что, несмотря на молодость и небольшой боевой опыт, парень действует грамотно. Если удастся выбраться из этой передряги, у Строева есть все шансы вырасти в классного разведчика.

Вот он юркнул в низинку, совершил кувырок, быстро поменял позицию и, постепенно отступая, увеличивал дистанцию с преследователями, боковым зрением не упускал ни одну из целей, точным огнем заставляя фрицев залечь.

Река была близко, до нее оставалось метров двести, но сейчас это было невероятно много.

От илистого берега потянуло свежестью и прохладой. В самой низине через редкий ряд деревьев просматривалась темно-серая полоска воды, подсвеченная багрянцем заходящего солнца.

Не отставая от старшины, с другой стороны бежал Калмыков: на его спине подпрыгивала рация, мешавшая совершать сложные маневры. Двигался он угловато, но уверенно: вовремя ложился, быстро вставал, прицельно отстреливался. На его стороне молодость и боевой опыт. Пригнулся, залег, пальнул в наседающих фрицев и побежал дальше. Двое самых настырных карателей бежали за ним, не отставая.