Следуя за тенью

 — Это всего лишь копоть, осыпавшаяся с перестарков, обожженных соленой водой.

— Нет! — поводырь решительно тряхнул головой. — В том-то и дело, что нет, Ида. Посмотри! — он вновь опустил руку в ящик, прикоснувшись к пыли пальцами, так, чтобы та тонким слоем осела на их кончиках, а потом протянул руку Иде. Сейчас, когда каменные частички лишь слегка покрывали его кожу, они больше не казались черными, синий цвет их крошечных граней стал ярче. А еще теперь, если присмотреться, можно было различить форму каждой частички — они были длинными и тонкими, словно иголочки или крошечные кристаллики льда.

— Я не уверена, — Ида нахмурилась. Она, совершенно точно, уже слышала о чем-то подобном раньше, но сейчас ей никак не удавалось вспомнить, что именно, а значит, оставалось лишь рассчитывать на собственную логику. — Пыль сохранила кристаллическую структуру, а это очень странно: соленая вода, соединяясь с азраком, в первую очередь разрушает в нем именно кристаллическую решетку, после чего алмазы и теряют все свои свойства — твердость и цвет, — девушка вновь подняла глаза на Кайрена, и в их глубине мелькнуло не надежда и не торжество, но что-то очень близкое к этому.

— Точно! — поводырь довольно усмехнулся. — Такая пыль — с четко выраженной кристаллической структурой — получается только в одном случае — при огранке азрака! Причем, чем качественнее и ценнее алмазы, тем они тверже, и тем мельче образующаяся пыль.

— Но зачем ее хранить? Перестарки — еще понятно — в качестве доказательства для императора, но пыль?.. Или отходы от огранки камней тоже используются на Эспенансо в каком-нибудь производстве?

— А ее здесь и не хранят! — усмешка Кайрена стала шире. — Вейд ее здесь прячет!

Раньше, чем Ида сообразила, что он имеет в виду, поводырь наклонился над соседним ящиком и сгреб в сторону слой перестарков, здесь еще более тонкий. Весь ящик, до самого дна, был заполнен тончайшей темно-синей пылью! И в следующем ящике был то же самое.

— Избавиться от нее очень сложно: переработать во что-либо практически нереально. Остается только выбросить. Но стоит какому-нибудь ученому или инженеру случайно увидеть эти отходы, как миф об истощении месторождений развалится в ту же секунду, — Кайрен торжествующим взглядом окинул складской бокс, так, словно найденная бриллиантовая пыль была величайшим в мире сокровищем.