Следуя за тенью

Десантник, коротко прикоснулся пальцами к груди, отдавая честь, и скрылся за дверью в камеру, еще вчера вечером переоборудованную в допросную для новых, особо важных, задержанных. Ида постояла мгновение в холодном и слабо освещенном далеко уходящем в обе стороны коридоре, потом глубоко вздохнула и, не позволяя себе начать сомневаться, тоже потянула ручку двери на себя. Чьи-то пальцы легли на ее плечо, вынуждая остановиться и обернуться. Перед дочерью императора стояла ее придворная дама.

— Зачем, Ида? Ты не обязана туда идти! — Осару покачала головой, выражая свое неодобрение. — Они прекрасно справятся и без тебя — в конце концов, это их работа — а ты потом просто прочтешь результаты допроса.

Ида посмотрела на нее. Она очень надеялась, что Силия все поймет по ее взгляду, и ей не придется объяснять, но придворная дама все так же крепко сжимала ее предплечье. Ида потянула руку на себя, высвобождаясь.

— Я только что приказала пытать Сирил Грасс.

Я буду смотреть на то, что эти люди сделают, или я больше никогда не отдам подобного приказа, — она открыла дверь и, зная, что Силия за ней не пойдет, закрыла ее за собой.

В комнате, небольшой, без окон и почти пустой, кроме самой Грасс находились еще трое десантников: тот с нашивками капитана, с которым разговаривала Ида, и два его помощника. Все они приказ дочери императора уже знали и не собирались медлить.

Когда Ида в прошлый раз заглядывала в допросную, Сирил Грасс со связанными за спиной руками сидела на стуле в центе комнаты. Теперь, когда время простых разговоров закончилось, ей без церемоний стащили со стула и бросили на пол. Еще вчера, как только приказ об изгнании женщины из императорской семьи был подписан, у нее отобрали всю ее одежду цвета азрака, вместо нее выдав уродливый балахон грязно-серого цвета. Длинные седые до белизны волосы женщины, всегда аккуратно уложенные, теперь свалялись на затылке неопрятным колтуном. Ее руки по-прежнему были стянуты за спиной, но теперь еще один из десантников завязывал ей глаза темной повязкой.

На самом деле все это было совсем необязательным: и одежду можно было дать Грасс вполне нормальную, и смотреть ей было особо не на что, и для того, что с ней сейчас собирались сделать, ее вполне можно было оставить сидеть на стуле.