Следуя за тенью

Ида все же отшатнулась назад и, если бы капитан десантников не подхватил ее, рухнула бы на пол. Кое-как, цепляясь за руку мужчины, она поднялась и, зажав рот ладонь, выбежала прочь из комнаты.

Крики слышались даже за плотно закрытой дверью. Прислонившись затылком к холодной стене и прикрыв глаза, Ида судорожно глотала воздух.

— Выпей…

Дочь императора заставила себя повернуться на голос. Перед ней вновь стояла Силия Осару, но на этот раз придворная дама держала в руках стакан с водой, протягивая его Иде. Девушка взяла.

Наверное, сейчас было самое время сказать, что, кажется, Силия была права… Вода оказалась холодной, чуть сладковатой на вкус и от нее странно пощипывало язык… Ида еще успела заметить тень любопытств во взгляде придворной дамы, а потом мир перед глазами странно покачнулся.

Пальцы разжались, выпуская стакан. Тонкий хрусталь, оглушая пронзительным звоном, разлетелся на миллион брызг, но ни дочь императора, ни ее первая придворная дама в его сторону даже не посмотрели. Ида судорожно вцепилась пальцами в холодную шершавую стену за своей спиной.

Лишь благодаря ей еще, кажется, удавалось держаться на ногах — девушка не чувствовала своего тела. Только пульс колотился в горле, во рту, на языке, будто она продолжала пить теплую, густую, тугую сладость. Голову словно стянуло обручем, и одновременно Иде казалось, что она сама, как тот хрусталь, разлетается на кусочки. Нужно лишь немного сосредоточиться, и она сможет быть в каждом из них, видеть весь мир с миллиона ракурсов!"

"Что-то странное происходило с ее глазами.

Мир будто выцвел — самые густые тени превратились в слабый полумрак. Краски стали ярче, но при этом контуры больше не были четкими, расплываясь, становясь будто зернистыми. Ида с силой зажмурила глаза, потом вновь открыла их, надеясь, что зрение проясниться, но, кажется, стало только хуже. Теперь она не могла различить и расстояния: дальний конец коридора виделся настолько отчетливо, будто до него можно было дотянуться рукой. Ида подавила желание вновь закрыть веки и потереть глаза руками: она уже знала, что это не поможет.

— Что со мной?..

Силия Осару по-прежнему стояла напротив нее, внимательно, будто боясь пропустить малейшие изменения, вглядываясь в лицо дочери императора. Ида ждала, что та, если не попытается помочь ей, то хотя бы скажет что-нибудь, но придворная дама вдруг, пятясь, начала отступать назад. И что-то в выражении ее глаз было такое, что дочь императора больше ни о чем не стала спрашивать.