Слепая Вера

Давно уже прошли времена, когда подобное считалось проявлением уважения к монарху или другому облеченному большой властью лицу.

Внутри Веры все сопротивлялось. Этот жест казался ей унизительным. Гордость немедленно подняла голову, но она задавила ее. Несмотря ни на что, она понимала, где и перед кем находится.

Кто знает, как король накажет за нанесенное оскорбление. И хорошо, если пострадает только она. Именно поэтому Вера все-таки опустилась на колени, стараясь унять быстрый стук сердца.

– Встаньте, – услышала она мужской голос.

Она думала, что спокойна, но, как оказалось, это было совсем не так. Голос прозвучал так неожиданно, что ее тело невольно вздрогнуло. По натянутым нервам словно хлестнули кнутом. Тихо выдохнув сквозь сжатые зубы, Вера поднялась на ноги, продолжая опираться на руку деда.

Иагон молчал. Кто-то другой на его месте пришел бы в восторг от возможности встретиться с монархом. На самом деле, это действительно большая честь, за которую иной человек отдал бы многое.

Летум с легким интересом и большим разочарованием рассматривал людей перед собой. Он надеялся, что у его королевства появится еще один одаренный алхимик, но вместо этого получил слепую девицу, от которой теперь не было никакого толка. Это весьма раздражало. Хотелось наказать глупцов за то, что не сберегли дарованный небесами талант.

Его величество в который раз убедился, что разум у простых людей слишком скуден.

К сожалению, сам он опоздал. Если бы он узнал о девушке немного раньше, то, конечно же, не позволил бы случиться трагедии. Впрочем, была у него одна мысль, которая с каждой минутой становилась все более интересной. Даже из этого бесполезного сосуда можно кое-что получить.

– Вы знаете, по какой причине я вас позвал? – спросил он, переводя взгляд с девушки на пожилого мужчину.

– Нет, ваше величество, – ответил Иагон.

– Не лги мне! – прорычал Летум, прищуриваясь. – Ответь мне: почему ты не сохранил дар этой девы? Ты знаешь, что любой талантливый мастер является собственностью королевства? Выходит, что ты испортил то, что принадлежит мне!

На самом деле все было совсем не так. Конечно, талантливые алхимики или воины принадлежали королевству, но при этом не были в прямом смысле слова собственностью страны или короля.