Слепая Вера

На следующий день в столицу было отправлено по меньшей мере два десятка срочных писем.

Результат всего этого Эрион держал в руке. В своем письме мать категорическим тоном требовала от него немедленного опровержения всех слухов. Кроме этого, она долго и нудно пыталась убедить его в том, что делать ему в армии нечего и он просто обязан в самое ближайшее время вернуться в столицу, если не желает увидеть свою мать при смерти.

Нарман отодвинул свой экземпляр письма и поморщился. В свое время он женился на Вильет по настоянию семьи.

Любви между ними никогда не было. К тому же характер у жены был довольно тяжелым. Именно поэтому Нарман старался проводить большую часть времени вне дома. Поначалу это его тяготило, но вскоре он нашел такую жизнь вполне приемлемой.

– Это правда, – произнес Нарман.

Подойдя к небольшому ящику, который, насколько знал Эрион, весил довольно много, Нарман недолго повозился с дверцей. Достав документы, он быстро пролистал их и вытащил нужный. После этого вернул бумаги обратно и закрыл походный тайник.

Повернувшись, генерал положил целый экземпляр договора на стол.

Эрион хищно прищурился, глядя на бумагу. Он обязан ее забрать!

Моргнув, он стер с лица неуместное выражение и подошел к столу ближе.

Нарман остро глянул на сына, словно сомневаясь, что тот готов слышать правду. Подумав немного, он нехотя принялся за рассказ.

– Сначала я подумал, что это хорошая мысль, – произнес тяжело генерал. – Иагон – отличный человек. К тому же превосходный алхимик, а значит, был большой шанс, что его внучка получит тот же дар.

Ты в свои десять лет демонстрировал яркий талант воина, поэтому мне казалось, что пара воин–алхимик – идеальный вариант. Но позже я решил, что зря поспешил.

Генерал Харт крайне редко сомневался в однажды принятых решениях. Именно поэтому он все это время молчал, размышляя, как следует поступить. С одной стороны, он по-прежнему хотел, чтобы в их семье появились алхимики. А с другой стороны, несмотря на то, что он редко показывал свои чувства к сыну, ему не хотелось, чтобы Эрион повторил его судьбу.

Эрион пару раз кивнул, а потом подошел к столу и забрал бумагу. Кто знает, вдруг отец решит всё-таки отменить помолвку и порвет договор. Этого нельзя было допустить.

– Мы можем просто порвать это и забыть, – предложил Нарман. Ради счастья сына он готов был пойти на такой не самый благовидный поступок. Хотя подобное претило его природе. – Я напишу Иагону. Он согласится, я уверен. Девочке сейчас должно быть пятнадцать лет.