Слепая Вера

Именно поэтому, увидев, как сила Эриона гаснет, она поняла, что пойдет следом. Без него она не хотела жить. Без него этот мир потеряет свое очарование.

– Жаль, – внезапно произнес Эрион. Повернувшись к жене, он посмотрел в ее удивительные глаза. Казалось, время над ними не властно. В них отражался восход, придавая взгляду Давьерры необъяснимую глубину и притягательность. Эрион вдруг подумал, что его жена не просто смертный человек, а существо иного плана, более могущественное и сильное. – Я не увижу внуков. Меня успокаивает только то, что я все равно буду рядом.

Вера слегка улыбнулась. Она так и не стала рассказывать мужу о том, что ее душа когда-то принадлежала иному миру. Одно время хотела, а потом подумала, что в этом нет смысла. Какая разница, откуда она, главное ведь совсем не это.

– Не хочу тебя огорчать, – сказала она, с болью в сердце смотря за все ускоряющимся угасанием, – но ты не останешься здесь, а отправишься дальше.

– Да? – Эрион удивился, а после задумался. – Не слишком приятная новость, – проворчал он, чем внезапно напомнил Вере Иагона, который умер уже давно.

– Ну, тогда буду надеяться, что он справится.

– Конечно, он справится, – заверила она его. – Он ведь твой сын, дорогой. К тому же ты будешь не один. Я пойду с тобой.

– Ты… – Эрион внимательно посмотрел на жену, не заметив в ней никаких сомнений, – уверена?

– Не задавай глупых вопросов. Ты ведь знаешь, я этого не люблю, – сказав это, она чуть нахмурила брови, впрочем, через миг снова расслабилась и улыбнулась.

– Мое время тоже пришло, дорогой. Я пойду следом.

– Наверное, мне следовало бы переубедить тебя, – Эрион вздохнул, ощущая, как сердце в груди бьется с перебоями. – Но я не стану. Я ведь знаю, что ты упрямая.

– Вот именно, сердце мое, вот именно, – Вера кивнула, с тоской наблюдая, как последние крохи силы ее мужа угасают.

– Я люблю тебя, милая.

– И я тебя люблю, дорогой. Всегда любила и всегда буду любить.

Эрион улыбнулся. С последним вздохом его душа покинула тело.

Вера не стала тянуть.

Ей невыносимо было видеть мужа таким. Казалось, каждая проведенная врозь секунда делает ей больно. Она оборвала свою жизнь сама, не пожелав больше находиться в этом мире.

Резкий порыв ветра сорвал несколько лепестков. Один из них, взмыв вверх, медленно опустился, приземлившись прямо на крепко сплетенные пальцы. Была весна. Весь мир продолжал жить.

Вера снова очутилась в белоснежном коридоре. Как и в прошлый раз, она не смогла уследить за моментом перехода.