Слепая Вера

Харт просто пришел в лавку в день уборки. Как и с матерью, поначалу он завел самый простой разговор. Стоило Уоррену отвлечься, как вскоре он понял, что они уже управились, приведя лавку в порядок вдвоем.

Это было неожиданностью, но не смягчило сердце Уоррена. Тогда Эрион достал свой меч. Все это время оружие было завернуто в тряпку. Он не хотел, чтобы кто-то его видел.

Во время разговора Эриону удалось понять, что отец семейства любит холодное оружие. Он говорил об этом с гораздо большим энтузиазмом, чем о травах и пилюлях.

Удостоверившись, что отношение отца Давьерры значительно улучшилось, он принялся за самое, как он считал, трудное. Ему нужно было добиться расположения главы семейства. С Иагоном оказалось тяжелее всего. И пусть он вроде как соглашался со свадьбой, но при этом смотрел так, словно Эрион хочет просто украсть Давьерру.

Из-за особенности своей силы Харту пришлось вникнуть в алхимию глубже, чем прочим воинам. Он мог рассказать о многих вещах, некоторые из которых не были знакомы даже опытным алхимикам. Спустя некоторое время он понял, что на главу ему придется потратить больше времени, которого в данный момент у него не было. Эрион решил, что за такой короткий срок и так добился немало, и обратил все свое внимание на невесту.

– Всех подкупили? – спросила как-то Вера.

От нее не укрылись действия Эриона.

В данный момент они сидели в гостиной. Уоррен находился в лавке, Иагон возился с травами на ферме, а Асалия готовила ужин. Обычно в это время Вера занималась алхимией, а Эрион шатался по округе, то очаровывая ее родственников, то занимаясь какими-то своими делами. Она заметила, что иногда он пропадал, но старался делать это так, чтобы никто не обратил на это внимания.

На самом деле, Эрион проверял рудник на горе, а еще тратил немного времени на лесника, которого давно решил отвести к своему отцу.

– В семье должна царить гармония, – произнес он, даже не подумав смутиться из-за того, что его вот так просто раскрыли. Ему даже понравилось, что Давьерра все заметила и поняла. – Как думаете, что может смягчить сердце вашего дедушки? – поинтересовался он, бесстыдно призывая невесту стать его сообщницей в деле покорения ее домочадцев.

Вера немного подумала, решив, что все-таки стоит принять в этом участие.