Слепая ревность

Это было прекрасно.

– Точно? – прищуривается.

– Да, – улыбаюсь и сама целую эти ненасытные, но такие умелые губы. – А теперь можно в душ? Мне очень нужно. И белье нужно поменять.

Мне так неловко."

"– В душ мы идём вместе. Прекрати смущаться и стесняться. Это все естественно, это знак твоей принадлежности мне.

– Ай! – вскрикиваю и смеюсь, когда Герман подхватывает меня на руки и несет в ванную.

Вся неловкость испаряется, как только он с таким трепетом сам начинает меня мыть, а я его. Мы все в пене, изучаем тела друг друга мыльными ладонями.

Его тело идеально, все на месте, подтянут, спортивен, красив.

Ой, мамочки. Я ведь не девочка теперь, это мой первый мужчина, и я хочу, чтобы он был последним…

После душа, пока я сушу волосы, Герман меняет постельное бельё. Быстро убегаю в гостиную к чемодану, достаю длинную футболку для сна и трусики. Одеваюсь и возвращаюсь в спальню.

– Это что еще такое?! – голосом начальника спрашивает он.

– Что? – не понимаю, что не так.

– Ну-ка, иди сюда, – манит меня пальцем, садясь на кровати.

Забираюсь к нему. – Вот это, – хватает мою футболку и стягивает с меня. – Это лишнее в нашей постели. И трусики тоже, – тянет их вниз, избавляя меня от белья. – У тебя прекрасное тело, и я хочу его чувствовать. Вот теперь хорошо, – целует меня в нос. – Иди ко мне, маленькая, – обнимает, укладывает себе на грудь, накрывая нас простынёй.

* * *Просыпаюсь от того, что чувствую теплые прикосновения губ к моим плечам, лопаткам. Я на животе, он целует мою спину.

Так приятно, до мурашек по коже. Запах его парфюма и кофе врывается в лёгкие. Прекрасное утро. Хочу перевернуться и обнять Германа, но он не позволяет. Убирает мои волосы и целует кромку уха. Сжимаюсь, смеясь, это щекотно.

– Не просыпайся, маленькая. Я ненадолго отъеду по делам. А ты поспи. Я привезу завтрак. Что ты хочешь? – шепотом спрашивает у меня.

– Хочу булочки с корицей и творог зернистый с вишневым джемом, – тихо сообщаю я.

– Ммм, – снова целует мои плечи. – Все будет доставлено, моя волшебная девочка.

 – Спи.

Уходит. Закрываю глаза, улыбаюсь, как дура. Утро тоже прекрасное. Даже представить не могла, что это настолько хорошо – быть женщиной взрослого мужчины. На фоне Родиона мне все рисовалось иначе. Уплываю, не замечая, как вновь засыпаю.

Просыпаюсь от звонка в квартиру. Долгого, настойчивого звонка. Быстро соскакиваю с кровати, кутаясь в простыню, и несусь в прихожую. Торможу возле двери. У Германа ключи, и я не хочу никому открывать.