Когда приходишь на работу первой, сам бог велел поднять настроение человеку, заканчивающему смену.
— Спасибо, Элечка, добрейшего тебе утра! — расцветает дядя-охранник.
Ему на вид лет под семьдесят, улыбчивый и всегда рад меня видеть. А вот Платона — не очень: Смолин вечно его отчитывает за косяки.
— Спасибо, и вам! Отработали?
— Так точно! Элина! — окликает он и, когда я оборачиваюсь, добавляет: — Рыбаков просил уведомить, как ты появишься. Я буду обязан это сделать.
— Дайте мне форы пять минут, хотя бы кофе сварить.
— Складываю в умоляющем жесте ладони. — Я без кофе, как ламба без топлива: красивая, но не едет.
С тех пор как я начала спать с гонщиком, у меня все упирается в тачки. Жесть.
— Кто-кто?
— Забудьте. И что ПалСанычу не спится? Половина восьмого.
— Так они все выходные совещались.
Максим всегда говорил, что с охранниками надо дружить, эти люди знают баснословно много. Телохранителя своей жены он, правда, уволил, дружбы не сложилось.
— Интересно. Не по мою ли душу, раз меня просят зайти? — Передергиваю плечами.
Возможно, появились новые вопросы по поводу патента? В одном Саша прав: я создала себе знатный головняк. Но если все получится — это будет шикарный рывок в карьере, так что потерпим.
— Вот чего не знаю, того не знаю. Но охота на вас открыта давно, — заговорщически сообщает охранник, ломая шоколадку.
— В каком это смысле охота?
— Так ведь как узнали, что брат у вас депутат известный, столько слухов понеслось! И что вы по секретному заданию из Москвы, и что в ссылке-наказании за какие-то ошибки.
И всякие другие. У меня пытались выведать, во сколько приходите, уходите, и главное, с кем. Но я ничего никому не говорил про… — Он произносит одними губами: — Платона Игоревича.
— Вот спасибо, — мямлю ошеломленно."
"Впав в эротический экстаз, я проживала последние недели в своем патенте и в объятиях Платона. Который то в губы целовал, то между ног. И первое, и второе было так прекрасно, приятно и горячо, что вплоть до вчерашнего утра, когда «свекровь» нарисовалась на пороге, я не замечала ничего.
Интересно, а Платон Игоревич в курсе охоты? А сам он, часом, не охотник?
Было бы забавно. Ха-ха.
Кривлюсь и открываю дверь кабинета, включаю свет. Первая. И возможно, единственная.
Команда, скорее всего, соберется сразу в цеху. С документацией, наконец, более-менее покончено, и столы стоят пустыми, ребята работают по-настоящему. Я бы тоже поехала туда, но Саша — пакостит и заваливает тупыми правками.
