Фоток тьма, в основном на мерсе, на каких-то островах, с букетищами роз. Кем работаем и чем живет, правда, неясно. Пресс как у фитнес-тренера. Пишет стихи и торгует протеинами — вот мой вердикт.
Вообще, страница продающая. Когда такие вижу у девиц, понимаю, чего им от меня хочется.
Включаю фронтальную камеру, разглядываю себя. Вроде тоже нормас. Бородку отрастить и выбрить — не проблема, парни, конечно, в гараже уржутся. Но если этот момент принципиальный...
Я снова морщусь.
Москва радостно печатает, полностью в процессе.
"
"Бросаю взгляд через окно на Акуленыша. Эта «Сильвия» даже без тюнинга стоит дороже мерса Сорина в два раза и тащит лучше. У Тимура старый хлам, но значок красивый, это да.
Дешево, Элина Станиславовна. Я бы даже сказал, позорно.
Как бы обойти ее обвинения в домогательствах?
Ладно, попробую. Пишу ей на личный номер:
«Пришлите ссылки на шампуни и гели, которые я потратил. Не запомнил названия».
Москва: «О, сейчас. Спасибо! Можете заказать на этот пункт выдачи».
Дальше четыре ссылки и адрес.
Быстро проглядываю. Ни-хре-на-себе запросики. Становится понятно, почему Сорин пенсионерит на полуживом мерсе: такую леди не только прокормить дорого. Еще и помыть влетит в копеечку! Егор, удачи!
«А вот это масло для тела, я такое не брал. Вроде бы».
«Ой! Случайно, наверное, попало».
Открываю последнюю ссылку, а там крем для лица. Я поднимаюголову — Москва улыбается и ресницами хлопает. В глазах столько задора и какого-то обезоруживающего, невинного обаяния, что, как полный осел, улыбаюсь тоже.
В мыслях прорезается опасное, брякающее следом в груди гулко: хороша. Сука та еще, но хороша.
Мы оба как-то враз смеемся. Коллеги оборачиваются, но это не имеет значения в моменте. Атмосфера разряжается.
Сорин точно был у Элины по юности-глупости. Запнулась об утырка, бывает. Вот Егор — соперник посерьезнее.
Москва: «Крем тоже лишний. Почему-то так скопировалось».
Качаю головой и заказываю все, что попросила.
Глава 22
Элина
Тело болит, ноет, противится происходящему. Я блокирую мысли о том, насколько сексуален «мамин пельмешек», когда он без своих безвкусных тряпок.
В горле совершенно неприятным образом пересыхает, я закидываю ногу на ногу и злюсь.
Дарина: «Вы помирились со Смолиным?»
«С чего бы?»
«Так он смеется и на тебя поглядывает. С самого начала проекта его таким воодушевленным не видела».
Настроение стремительно портится.
«Скорее всего, у него какая-нибудь циклотимия».
«Ого! — Дарина присылает смайл с выпученными глазами.
