Слева молот, справа серп

На протяжении этого короткого обращения троица в мантиях нервно покусывала губы. Суд удалился для принятия решения. В совещательной комнате стало весело. Судья Раупе то и дело хваталась за голову, произнося как заклинание фразу: «За все время такой клоунады ни разу не видела». По рядам зала шелестело слово «оправдают». По гримасе Шнапсте было видно, как это действует ему на нервы. Услышав повторное: «Встать! Суд идет», Андрей пошутил:

– Ромка, как на хоккее говорят, а? До конца матча осталось две минуты.

– Хорошо, Андрюха, если нам теперь о хоккее не из газет и репродуктора узнавать придется.

Зоя прикрыла лицо ладошками. Света мяла крохотный носовой платочек. Тер колени Малютка Джоки. Сложив руки в замок, раскачивался Матвеич. Что-то причитал припозднившийся Шиндельман.

– …и с учетом положительной характеристики с места работы назначить Марьину Андрею Юрьевичу наказание в виде двух лет лишения свободы условно. Учитывая былые заслуги перед комсомолом, положительную характеристику и ходатайства с мест работы, назначить Хузину Роману Артуровичу наказание в виде трех лет лишения свободы в колонии-поселении города Лиепая.

Расплакавшейся Зое наливали успокоительное. Роняла за компанию влагу и Света. Бабушки возмущались несправедливым приговором и хором желали Шнапсте, чтобы его стручок поскорее усох. Элеонора Станиславовна сочла вердикт спорным, но не провальным. Прокурор запросил три года условно для Марьина и четыре года реального срока для Хузина. Рома обнял Андрея:

– Поздравляю, старина!

– Ромка, как же так? Какие поселения, Ромка?

– Буду теперь поселенцем.

– Господи, чего же делается-то, а?

Матвеич подошел на выходе из здания. Отпил коньяк из небольшой никелированной фляжки, предложил Роме.

– Долго говорить не буду. Андрюша – продолжишь работать. А тебе, Ромка, вот что скажу. Ты там не дури. Работай, не конфликтуй, а там, смотришь, и раньше времени назад будешь. Место для тебя, шалопая, всегда найдется.

Зоя складывала в чемодан вещи. За журнальным столиком сидели Рома, Малютка Джоки и Андрей. Водку закусывали нанизанными на шпажки канапе с колбасой и помидорами.

– Зоюшка, вот и кодироваться не надо. Там с этим делом строго, лапа моя.

– Надеюсь, ты и вправду это понимаешь. Оказывается, за нарушения распорядка и режима в колонию отправляют.