— Капитальный ремонт дому не помешал бы, — отметила Алина. — Уверена, что те окошки на втором этаже принадлежат Михаилу Ивановичу, если он нас не обманул, конечно.
— Проверим, — сказала я и ступила на дорожку, ведущую во двор.
Перед подъездом прыгали на скакалке девчонки лет пяти. Из взрослых в пределах двора никого не наблюдалось. Понятно, что девочки могли и не слышать от родителей о Степане Остапенко, но дядю Мишу или дедушку Мишу, если таковой, разумеется, проживал в этом доме, они должны были знать. Дети народ наблюдательный.
Взрослый может и не подозревать, кто в доме живет, а дети всех знают. Другое дело, что могут рассказать эти пятилетки?
— Здравствуйте, девочки, — приветливо улыбаясь, поздоровалась я. Девчонки вмиг перестали прыгать, запутавшись в скакалках. Чужая речь, если не испугала, то насторожила. Обе замерли с выпученными то ли от страха, то ли от любопытства глазенками. — А с кем вы гуляете? Взрослые дома?"
"Одна из подружек оказалась побойчее остальных:
— Дома тато, мама, бабуся i великий собака.
— У мене два собаки! I кiт! Biн вас подряпае.
— Ой, не надо нас царапать, мы ничего плохого вам не сделаем, — слащавым голоском пообещала Алина. — Вы нам только скажите, дядя Миша, Михаил Иванович здесь живет, в этом доме?
Сообразив, что чужие тети не будут их похищать, девочки подобрели.
— Тут-тут, — заверещали они. — Вон, на другому поверсi. Такi вiконця бiленькi.
Алина угадала, девочки показали на металлопластиковые переплеты.
— Не знаете, он дома?
— Нi, не знаемо.
Из подъезда вышла женщина средних лет. Строго посмотрев на нас, она спросила:
— Юля, с кем ты разговариваешь?
— Бабуся, тут тiтки дядька Мишу шукають.
«Ага, одну из девочек зовут Юлей, а это ее бабушка. Хорошо выглядит бабушка. Мама, наверное, совсем молоденькая», — думала я, разглядывая пышущую здоровьем женщину.
— Не совсем так, — сделала шаг вперед Алина. — Мы из передачи «Жди меня» и разыскиваем семью Остапенко. Вы давно живете в этом доме?
— Родилась здесь.
— Значит, и семью Остапенко знали?
— Знала.
Вот там они жили, — женщина взмахнула рукой и показала на те же окна в металлопластиковом переплете.
— Позвольте, но со слов вашей внучки, там живет Михаил Иванович, по нашим сведениям, бывший сосед Остапенко.
— Все правильно. Его родители и он сам когда-то жили в соседней квартире с окнами на улицу. Потом, когда старики Остапенко умерли, Михаил Иванович выкупил у их сына Степана квартиру, снес перегородки и объединил со своей.
