Слияние двух одиночеств

Глава 9

Калли затянула на талии пояс мягкого халата. В эти восемь дней, проведенных в роскошном поместье Дэймона, у нее была куча времени, чтобы подумать.

Ей претило то, как он вынудил ее согласиться уехать с ним. Но время от времени она видела, что он ведет себя очень по-доброму. Он изо всех сил постарался о ней заботиться, когда ей было плохо, а ведь он считал ее врагом. Она даже понимала теперь, почему он подумал, что она сговорилась с дядей и помогала ему.

А еще ее ослепляло сильнейшее желание. Особенно по ночам, когда он сжимал ее в объятиях, прижимаясь к ее спине или положив к себе на грудь.

Пребывая в ужасе от того, как ее тело его принимало, она притворялась спящей до тех пор, пока он не вставал и не шел в душ, не начинал собираться на работу.

Когда придет время и он потребует от нее секса, возмутит ли это ее? Или она с радостью раскроет ему свои объятия?

Или у нее просто путаются мысли из-за сегодняшней новости? У нее состоялся долгий разговор с адвокатом, в ходе которого она узнала, что о ее трастовом фонде все еще нет никаких вестей и все ее планы на самостоятельную жизнь откладываются на неопределенное время.

Калли сжала зубы и стала сильнее тереть волосы полотенцем.

Нет! Она не сдастся. Как только она освободится от Дэймона, она найдет работу и начнет копить деньги.

Руки Калли замерли, когда в поле ее зрения появилась пара мужских ног.

Она медленно подняла голову. Темные брюки, руки небрежно засунуты в карманы, аккуратная талия, плоский живот, мощная грудь, верхние пуговицы рубашки расстегнуты, а на губах застыла улыбка.

Взгляд у Дэймона был такой горячий, что щеки у нее тут же заалели. Он как будто шептал: «Ты моя». Слова были не нужны. Его собственническое выражение говорило само за себя.

Калли выронила полотенце и нагнулась за ним.

Он сделал шаг вперед, и она тут же попятилась, выставив мокрое полотенце.

— Ты сегодня рано, — нервно прошептала она, ощущая поднимающуюся внутри панику.

Калли твердила себе, что сделает это, как бы холодно и требовательно он к ней ни отнесся. Но между теорией и практикой лежала целая пропасть. Она не могла сохранять спокойствие, чтобы удерживать его на расстоянии, и не могла заглушить радостное предвкушение его ласк.

— Да. Я хотел тебя видеть. — Он расстегнул рукава рубашки. — Я думал о тебе с самого обеда.