Слишком поздно для нас

Я попробовала позвонить ему, но телефон снова был недоступен. А сегодня я набирала его уже раз пять, телефон был по-прежнему отключен. Я понимала, что такие вещи не говорятся по телефону, но судя по его поведению за время этой поездки, Руслан и сам все понял, но мне просто необходимо было с ним объясниться.

Эмоции и чувства поглотили меня вновь, затянув в свои прочные сети. Тимур Покровский — мое наваждение. Теперь я точно знала, что он любит меня. Пусть своей особенной любовью, но это так. Я ощущала это где-то глубоко внутри, так же, как и свою любовь к нему.

Мое чувство росло в геометрической прогрессии, и теперь уже этот процесс было не остановить. Я верила, что в этот раз все будет по-другому.

Мы не виделись с Покровским с воскресенья, и, сказать по правде, я очень ждала среды. Мне было интересно, действительно ли Покровский пригласит меня на свидание."

"Тимур написал сообщение, что нас ждет не ресторан и не клуб, а прогулка, поэтому он посоветовал одеться так, чтобы одежда не сковывала движения.

Желательно, чтобы это были брюки. Вот так, коротко и понятно. В духе Покровского. Я не знала, что именно он задумал, но я чувствовала былой трепет и всем своим существом предвкушала нашу встречу.

Вот и снова мое сердце в плену у Тимура. Ничего не изменилось. Как можно объяснить свою зависимость к этому человеку?

Тим приехал в шесть часов вечера, как мы и договаривались. Около часа провели с сыном, после чего выдвинулись в место назначения. Кстати говоря, у отца с сыном установилась какая-то понятная только им двоим связь.

Их будто соединяла невидимая ниточка.

Я никогда не видела Тимура таким, каким он был с сыном. Играя с Сашей, Покровский не замечал никого вокруг, словно весь мир останавливался, и в нем были только они одни. Мое сердце трепетало, когда я наблюдала за мальчиками, и наполнялось бесконечной нежностью и любовью по отношении к ним двоим.

— Ну что, поехали, Лина? — Тимур загадочно улыбнулся.

— Поехали! — ответила я. — Мам, я вернусь не поздно.

— Я бы не был так уверен в этом, — продолжая улыбаться, Покровский вышел за дверь.

— Дочка, ты ни о чем не волнуйся. Все будет отлично, — сказала мама.

— Хорошо, ладно. Я пошла.

Мужчина уже ждал меня в своем автомобиле. Забралась на переднее сиденье и взглянула на Тимура. Мужчина улыбнулся и потянулся ко мне. Я не шелохнулась и, кажется, даже не дышала, предвкушая его близость и поцелуй, но Тимур всего лишь пристегнул меня ремнем безопасности.