Слишком поздно для нас

 — Дело в том, что я буду писать статью о Тимуре и его компании, поэтому подумала, что это неплохая идея побывать на корпоративе в честь первого года работы.

— Лин, прекрати тараторить, — мужчина улыбнулся и осторожно взял мою руку в свою, поднося к губам. — Все хорошо, мы пробудем здесь столько, сколько ты захочешь.

— Отлично, — я слегка наклонила голову, а губы сами расплылись в улыбке. — Я рада, что ты все понимаешь. Обещаю, что следующее свидание будет таким, как тебе захочется.

— Свидание всё-таки? — прищурился Руслан.

— Вот ты меня и подловил, — рассмеялась я. — Тогда лучше так — дружеское свидание.

— А вот это самое верное определение, — мужчина широко улыбнулся, после чего перевел взгляд за мою спину.

Разумеется, Покровский собственной персоной. Я даже не обернулась, я просто поняла, что это он, по изменившемуся выражению лица Руслана.

Покровский, не церемонясь, уселся на соседний стул, облокотившись на спинку.

— Тимур, спасибо за приглашение! Мы через пол часика уже будем выдвигаться, — я отпила сок из своего бокала. — Вечер был великолепен.

— Лина, я ненадолго отойду, — у Руслана зазвонил телефон, и мужчина поспешно покинул свое место.

— Может, останешься? — Тимур не сводил с меня глаз.

— Нет, Тимур, нам действительно пора.

— Куда поедете? — Покровский смял салфетку, лежащую на столе.

— А вот это уже не твое дело, — я выдернула салфетку из его рук, и на мгновение наши пальцы соприкоснулись.

— Давно вы вместе? — мужчина сверлил меня взглядом голубых глаз, ожидая получить от меня ответ.

— Покровский, это не твое дело. Я ведь не спрашиваю о твоей супруге.

— А ты спроси! Мне нечего скрывать, — задумчиво произнес мужчина, после чего добавил. — Теперь уже нечего, — Тимур перевел взгляд на танцпол. — Потанцуем, Лина? — предложил Покровский, когда заиграла медленная композиция.

— Нет, Тимур, мне не хочется, — я повернула голову в сторону нескольких пар, танцующих в середине зала.

— Я прошу тебя, не упрямься, — он встал из-за стола и протянул мне руку. — Пожалуйста.

— Ну хорошо, идем.

Мы вышли в центр танцпола, Тимур осторожно положил мне руки на талию, будто опасался, что я сделана из хрусталя, и вот-вот разобьюсь.

— Лина, прости меня за то, как я повел себя два года назад, — в голосе Тимура чувствовалось напряжение и растерянность.