– Боится огласки. Как только выясним, кто она, и припугнем, тут же вернет письмо!
– Но Марфуша его не отдала! Заверещала, дурочкой прикинулась!
– Значит, это не Марфуша!
– А кто же?
– Давайте рассуждать! Вы сами лица не видели, а Петруха ваш мог накинуться на первую подъехавшую к черному ходу женщину…
– Мог! – вынужден был согласиться князь.
– Далее! – Тоннер потряс письмом. – Не слишком ли изящный стиль для юродивой? Да и вообще, умеет ли Марфуша писать? Знает ли французский?
– Откуда мне знать!
– Надо выяснить! – задумчиво сказал доктор.
– Как?
– Я попробую!
– Так вы беретесь? – с надеждой спросил князь. Он так устал от догадок, предположений, надежд и их крушений, что был готов сам пойти к Бенкенштадту с повинной. Будь что будет! Однако доктор своими рассуждениями вселил в него надежду.
– Я ничего не могу обещать. Давайте выясним, кто она, ваша шантажистка, а потом прикинем, как выманить у нее письмо.
– Давайте, – согласился князь.
– Тогда рассказывайте!
– Что? – изумился Дашкин.
Вроде все рассказал, даже больше, чем надо.
– Кому письмо писано и о чем?
– Но зачем вам это знать? – что-то оборвалось внутри у Арсения Кирилловича. А не попал ли он в ловушку? Вдруг доверился осведомителю? Или тайному сотруднику! Другой бы не стал о содержании спрашивать!
– А как понять, то ли это письмо? Допустим, отдадут мне два листочка…
– Три!
– А вдруг не те?
Эх! Будь, что будет!"
"– Начинается: «Дорогой Николя! Наконец-то нашлась оказия написать!» Дальше… Дальше я излагаю Веремееву свои соображения… – Дашкин прикусил язык и закрыл глаза руками.
Если Тоннер агент Третьего отделения, песенка князя спета! Сам! Сам во всем признался! – Поцелуйте крест, что никому не скажете!
– Не могу. Я католик. – Князь ни малейших симпатий у Тоннера не вызывал – грубый, вздорный человек, мучающий жену ревностью и мелкими придирками. Но допустить, чтобы из-за своих убеждений кто-либо отправился на каторгу или платил шантажистке, Тоннер не мог.
– Но вы…
– Я никому не скажу.
И попробую помочь. Все обдумаю, соберу кое-какие сведения и заеду к вам завтра после обеда.
– А мне? Мне что делать?
– Лежать, выздоравливать. Пошлите слуг в аптеку, вот рецепт. Поправляйтесь! Не исключено, что вам придется завтра ехать на маскарад.
– Платить выкуп?
– Нет! – помотал головой Илья Андреевич. – Служить приманкой!
Денис вернулся домой злой, усталый и голодный. Заспанный Никанорыч сообщил, что остатки ужина подали час назад Лаевскому с Тучиным.
