– Но… Я дочке мазурку обещал. Может, вы вместо меня? Выручите, доктор? Вот-вот грянет!
– Папенька! – возмутилась батюшкиной лжи Полина, но было поздно, Тоннер поклонился:
– Позвольте, сударыня, иметь честь пригласить вас на мазурку!
Метнув в отца злобный взгляд, Полина подала ему руку.
Довольный Андрей Артемьевич потрусил к карточным столам.
Бравурная мазурка – самый сложный танец для кавалера. Тоннеру она давалась с трудом.
– А вы неплохо двигаетесь! – отметила после первого круга Налединская.
– Не знала, что в медицинских академиях учат танцам!
– У меня был домашний учитель, месье Ришар.
– Вы дворянин? – удивилась Полина.
– Да! Мой отец – французский аристократ, бежал от революции. Полина! Могу я надеяться, что сказанное мной останется между нами? Тетушка хочет силком увезти вас в деревню…
– Вот как? – Полинины глаза сузились. – Она сама вам сказала?
Тоннер кивнул.
– То-то она больно ласково со мной разговаривала!
– Вам надо бежать!
– Пока не получается.
Ни у меня, ни у Матвея нет денег! Одна надежда на его наследство. Господи! Нет! Это ловушка!
Полина замерла, не окончив па, и Тоннер был вынужден ее слегка подтолкнуть.
– Что за ловушка?
– Матвей сегодня получил письмо. Некая капитанша готова продать ему настоящее завещание отца за пять тысяч рублей.
– Подозрительно…
– Подозрительно другое! Встречу она назначила на два часа ночи. Я думаю… Нет, я даже уверена.
Это Владимир! Он решил убить Матвея!
Мазурка закончилась. Тоннер поклонился.
– Я могу взглянуть на письмо?
– Разумеется! – Налединская легко сжала его пальцы.
Смотреть, как доктор танцует с Полиной, было для Угарова невыносимо! Усугубляя его мучения, коварная улыбалась и что-то нежно шептала кавалеру на ухо.
Дуэль! Решено!
– Денис! Я же просил вас приглядеть за ним! А теперь мне конец! – от ужаса хмельные глаза Терлецкого вылезли из орбит.
– Что случилось, Федор Максимович?
Терлецкий вытянул дрожащий палец:
– Роос с государем беседует!
Денис обернулся:
– Это сам государь?
– На Кавказ сошлют! – мрачно предрек собственную судьбу Терлецкий. – Денис! Молю! Подойди к ним, послушай хоть, о чем говорят!
Угаров не спеша приблизился к беседующим, остановился невзначай, словно задумался. Нет, ничего не слышно! Слишком шумно.
– Денис! – Роос заметил его и поманил рукой.
