Цирк! Все мы здесь делаем вид, что цивилизованные люди! Фарфоровые тарелки, сверкающие вилки с ножами, дорогое вино в высоких бокалах — мишура! Все животные, звери!
— Я в дамскую комнату, — поднимается Жанна. — Лидия, составишь компанию?
Мужчины встают, будто джентльмены. Словно не самцы, готовые при первой возможности поиметь понравившуюся самку, не спрашивая ее мнения. Лишь бы точно знать, что останутся безнаказанными. Потому что физически сильнее."
"— Девочки, я с вами! — подскакивает с места Анжелика. Кажется, она вообще не понимает, что происходит.
Осадчий не потрудился ввести ее в курс дела. Они с Андреем чмокаются в губы, после чего мы втроем уходим в туалетную комнату, оставляя мужчин обсудить ситуацию.
— Я так рада знакомству, Лидия, Жанна! — щебечет Лика. — Андрей мог бы предупредить, что мы ужинаем с владельцами «Рувипшопа». Я и так собиралась, но теперь обязательно напишу вам шикарный отзыв в своем инстаграме!
— Пока у «Рувипшопа» только одна владелица. Это я, — обрубаю.
— Но Андрей сказал…
— У Андрея эго такого размера, что однажды оно придавит его самого, — добавляет сестра, на что я ей благодарно киваю.
— Отзыву буду рада, Лика. С меня скидочная карта, — улыбаюсь, смягчая ситуацию.
— А вы давно знакомы с Андреем? — спрашивает Жанна.
— Очень давно, но это только второе наше свидание. Я, честно говоря, сначала расстроилась, что мы будем не вдвоем, но сейчас, наоборот, — очень рада!
Умыться бы водой, но макияж безупречен, и он мне еще пригодится.
Пока девочки моют руки, я делаю вид, что поправляю тушь и стрелки, а потом прошу не ждать меня.
Сестра знает, что если я так говорю, значит, хочу побыть одной, и уводит Анжелику. После чего некоторое время я сижу на крышке унитаза, пытаясь повторить медитацию. Здесь очень чисто и пахнет сиренью, эта комната — самая лучшая во всем ресторане!
Безразлично, что мужчины подумают обо мне. Спросят — скажу, что расстройство пищеварения. Испорчу аппетит перед десертом — только рада буду. Мне плохо, не хватает ресурсов.
Я даже тихонько включаю музыку, которую обычно использую для медитаций.
Песня длится две минуты двадцать семь секунд. Она закончится, и я выйду в зал.
Но собраться мне не дают, дверь в комнату открывается. Меня это не беспокоит, я закрылась в одной из четырех пустых кабинок, никого не задерживаю, никому не мешаю.
— У тебя все в порядке? — знакомый голос пробирает до костей. Я поспешно выключаю музыку, поздно понимая, что выдаю себя, и молчу.
