Даже жечь, как если б я нахлебался какой-нибудь едкой горечи.
Выхожу из аудитории, даже не прощаясь. И буквально сталкиваюсь в коридоре с Карлсоном. С этим преподом, который вечно вокруг Леры вьется. Который типа «просто коллега»."
"Оглядываюсь – а он заруливает прямиком в аудиторию, откуда мы только что вышли. Делаю по инерции еще пару шагов, потом, не знаю зачем, разворачиваюсь и возвращаюсь. Останавливаюсь у дверей и не могу решиться, как быть дальше. Понимаю же, что будет крайне тупо, если я сейчас туда зайду.
Ну, допустим, зайду и что? Молча встану и буду на них пялиться? Или ещё лучше – спрошу, что ему надо? Капец какой-то! И в то же время не могу заставить себя уйти. Ещё и прислушиваюсь, как этот бородатый хрен бубнит из-за двери:
– …диджей Смелл… дико популярный сейчас у молодежи… всего один концерт в следующую среду… у меня как раз два билета… там, кстати, и само место крутое. В смысле, не просто толкотня, а столики, как в ресторане… Соглашайтесь, Лерочка! Развлечемся…
Тут я не выдерживаю.
Уже не думаю о том, как это будет выглядеть, тупо или нет. Распахиваю дверь и вваливаюсь в аудиторию.
Карлсон одергивает руку. Значит, касался ее! И он позволяла.
Поглядывая на меня, спрашивает:
– Ну что?
Я не свожу взгляда с Леры и мысленно прошу: «Да пошли его наконец!».
Но Лера любезно улыбается Карлсону и говорит:
– Я подумаю, Игорь. Обещаю, что подумаю. Мне надо посмотреть, буду ли свободна.
– Так вечером же.
– Давайте позже поговорим.
Он снова бросает взгляд в мою сторону, мнется, топчется, затем, не скрывая досады, идет к двери, пробормотав напоследок:
– Ну ладно, Лерочка, жду.
Наконец он сваливает. А я медленно подхожу к столу, за которым Лера так до сих пор и стоит со своим портфелем. Только теперь тоже на меня смотрит, слегка прищурившись.
А у меня внутри всё бурлит и клокочет, будто по венам не кровь, а кипяток бежит.
– Это что тут сейчас было?
Она вскидывает брови:
– Ты ничего не перепутал? Это что за допрос?
– Это называется «мы просто коллеги»? Или вы, Валерия Сергеевна, со всеми коллегами ходите на свидание?
– Это мое личное дело – с кем и куда мне ходить.
Тебя это вообще не касается. Кто ты такой, чтобы мне подобные вопросы задавать? Опомнись, мальчик. Я – твой преподаватель. А ты – всего лишь студент. Субординацию соблюдай. Ясно? Всё, свободен.
Меня раздирает в клочья от ее слов, от всей этой ситуации, от собственной беспомощности, от того, что не могу ничего изменить.
– Ясно. Я – всего лишь студент.
